Евгений Гинер: «Надо быть оптимистом»

Профессиональный футбольный клуб ЦСКА перед вступлением в новый сезон опубликовал планируемый бюджет на этот год. А накануне президент армейского клуба Евгений Гинер рассказал еженедельнику «Футбол» о принципах финансирования команды, трансферных приоритетах и поделился личными воспоминаниями.

ГОД БЕЗ ЛИГИ ЧЕМПИОНОВ
— Евгений Леннорович, после триумфального для вашего ЦСКА 2005 года от вас и вашего клуба ждут больших побед. Каково работать в подобной обстановке?
— Почему вы берете именно 2005 год? Мы выигрывали чемпионаты и до, и после этого. Потому что мы тогда взяли Кубок УЕФА? Это действительно был успех, и наш футбол пока находится не на том уровне, чтобы повторять его год от года. Но мы на самом деле так высоко подняли планку своих достижений, что бронзовые медали — для нас уже не тот результат, которого бы мы хотели добиться. А тринадцать клубов, что расположились ниже нас в турнирной таблице, думаю, посчитали бы за счастье подняться на эту высоту. Но футбол тем и привлекателен, что он непредсказуем. Такое случается со всеми клубами-лидерами — посмотрите, «Милан» сейчас идет на пятом месте в чемпионате, «Бавария» по итогам прошлого сезона не попала в Лигу чемпионов. И ничего страшного.
— Теперь и ЦСКА впервые за последнее время не будет играть в Лиге. Это чувствительный удар по клубу?
— В финансовом плане — да, в спортивном — тоже. Мы набрались опыта и вышли на тот уровень, который позволял бы нам повышать задачи, добиваться новых результатов, в том числе и в Лиге чемпионов. Но случился провал. Я не хочу сейчас называть все факторы, повлиявшие на результат, и все объективные причины. Но мы определенные выводы сделали. И в этом сезоне у нас будет возможность еще раз показать себя в Кубке УЕФА.
— Невыход в Лигу заставил клуб скорректировать бюджет в сторону уменьшения?
— Наш бюджет не зависит от того, играем мы в Лиге чемпионов или нет. У клуба есть необходимость в определенном финансировании, которую мы должны удовлетворить. Другое дело, что бюджет может быть профицитным, а может быть дефицитным. В прошлом году бюджет клуба равнялся 51 млн долларов без учета трансферов. И за счет выступлений в Лиге чемпионов мы практически вышли в ноль. Теперь у нас нет Лиги. А значит, бюджет будет с дефицитом, который покроют акционеры. Он, кстати, уже готов, и акционеры приняли его.
А потом, не может серьезный клуб зависеть только от Лиги чемпионов. Зарабатываемые там деньги только для российского футбола являются существенными. Для Испании, Англии или Италии Лига чемпионов — это больше престиж. Основные их доходы — это продажа прав на телетрансляции, реклама, билеты и атрибутика.
ПИРАМИДА НЕ МОЖЕТ РАСТИ ВЕЧНО
— Вы один из тех руководителей клубов, которые считают, что телеправа на российский футбол стоят дороже, нежели сейчас за них платит «НТВ-плюс». На чем основывается эта уверенность?

— Да вы у любого из президентов клубов спросите — вряд ли найдете тех, кто не хочет получать от телевидения больше, и намного. Да ни одна страна Европы, за исключением Мальты, Андорры и других «карликов», не получает так мало за телеправа. Нам говорят, что качество нашего футбола еще не доросло до уровня, допустим, Германии. Но немцы получают 600 млн евро, а мы — 24 млн долларов! Мы что, действительно в 30 раз хуже играем, чем бундеслига? Это просто позор! В 2000 году Польша продала свой чемпионат за 20 млн долларов! И это десять лет назад. А у нас, в стране с десятимиллиардным рекламным рынком, телевидение платит клубам копейки. Я вообще считаю: подписав такой контракт, прежнее руководство РФПЛ просто опустило наш футбол ниже некуда. Это понимает и сам канал «НТВ-плюс», и у нас уже были контакты по поводу возможного пересмотра соглашения.
— ЦСКА никогда не рассматривал возможность выхода из телевизионного пула и самостоятельной реализации телеправ?
— Нет. Мы в том случае, конечно, получали бы больше. Зато некоторые другие клубы потеряли бы приличные для них деньги. Но мы же живем не в вакууме. Мы существуем в конкурентной среде, соревнуясь в которой, ЦСКА становится сильнее. То есть мы заинтересованы в том, чтобы у нас были сильные соперники, чтобы — условно — те же «Амкар» или «Химки» тоже поднимали свой уровень. Зачем клубы той же бундеслиги из своих 600 млн евро 100 млн отдают в низшие лиги? Да потому что они понимают: не будет низших лиг — не будет и той же «Баварии». Так же и во всех других странах.
— Сумму контракта на показ матчей чемпионата России оправдывают не слишком хорошей телекартинкой: далеко не у всех клубов хорошие стадионы. Вы, кстати, на встрече с болельщиками упомянули, что стадион ЦСКА может быть введен в эксплуатацию через восемнадцать месяцев. Это уже оговоренные сроки сдачи объекта?
— Я сказал, что меня строители убеждают: этот стадион можно построить в районе восемнадцати месяцев. Мне хочется верить. Сейчас уже выкопали котлован и начинают с конца марта укладку фундамента. Работы в земле всегда идут тяжело, потом будет уже легче.
А насчет картинки... Телевидение напрасно оправдывает низкий контракт на показ матчей чемпионата России ее качеством. Надо пойти навстречу клубам, сказать: «Ребята, мы дадим вам не 24, а 100 миллионов, а когда надо будет 500, то мы дадим вам 400. Вот это подход! А то им картинка не нравится! Они же сами ее и создают. Телеканалы могут ругаться: не совсем хорошая трава, трибуны и так далее. Вложите! Вложите в клубы! Получите в дальнейшем. Дайте в долг! Иначе это не телевидение, а временщики. Пусть клубы вкладывают в свое развитие по 100 или по 80 миллионов, пусть покупают футболистов, которых интересно показывать на весь мир, а у меня тогда вопросы к телевидению: почему в прошлом году порядка 14 стран смотрели наш футбол? Где заработки с этих 14 стран для Премьер-лиги? Где? Дали на пробу. Дали бесплатно. Это же неинтересно! Картинка и все остальное... Но почему-то туркам интересно смотреть Джанера или Текке, бразильцам — Вагнера, Карвальо или Моцарта. Израиль, Польша — хотят смотреть наш футбол. И я не беру еще страны СНГ. Я же не задаю вопрос телевидению: почему на Украине есть «НТВ-плюс»? Поэтому, я считаю, мы не должны друг другу задавать вопросы. Мы должны быть партнерами, все вместе — средства массовой информации и клубы. Мы должны всем миром навалиться на наш футбол и поднять его.
— ЦСКА — частный клуб с открытым бюджетом. Действительно ли у российских частных клубов сейчас растет недовольство командами, существующими за счет госкорпораций?
— Мне это абсолютно все равно. Сейчас много говорится о том, что «Зенит» существует за счет «Газпрома», а повышение тарифов на железнодорожные перевозки связаны с трансферной кампанией «Локомотива». Но почему меня это должно волновать? Футбольным руководителям, по-моему, вообще не стоит задумываться об источниках финансирования других команд. Меня заботит другое — имидж и впечатление, сложившиеся о наших клубах за границей. Стоит выйти на рынок с предложением о покупке того или иного игрока, так цены на него сразу же взлетают: мол, русские пришли, денег у них навалом. А если два российских клуба начинает интересовать один и тот же футболист, так сразу начинаются аукционы по трансферу, аукционы по зарплате. И, упершись, они начинают торговаться друг с другом. Так сядьте вы вдвоем, договоритесь: сегодня ты уступишь, завтра — тебе. И не будет этого очередного витка цен и зарплат, этой гонки вооружений бессмысленной. Потому что все это может печально для нас кончиться — эта пирамида не может расти вечно.
ДАЖЕ НЕ ДУМАЛ О ЗАМЕНЕ ГАЗЗАЕВА
— В нынешнее межсезонье ЦСКА, показалось, пересмотрел свою кадровую политику. Вы продали и раздали в аренду многих игроков дубля, которые вроде бы находились под основой и считались будущим команды. Взамен вы взяли еще более молодых футболистов. Это смена стратегии?
— Мы действительно с прошлого года обратили пристальное внимание на свою детскую школу, на молодежную команду, которую раньше называли дублем, и скорректировали там работу. В школу взяли спортивным директором голландца Йелле Гууса, а ее бюджет подняли до 3 млн долларов. И я считаю, лучше мы каждый год будем вкладывать эти деньги в школу и каждые три года будем брать оттуда по игроку, чем тратить ту же сумму в 9 млн долларов, покупая футболиста на стороне. И я хочу обратить внимание: мы не строим голландскую школу в Москве. Мы в школу ЦСКА привозим те прогрессивные методики, что есть не только в Голландии, но и в Италии, Испании, Англии...
Дубль мы тоже значительно «почистили». Дали талантливым ребятам возможность получать игровую практику и расти в других клубах. Уверен, кто-то из них может дорасти со временем до уровня национальной сборной. Но в данный момент у них были незначительные шансы заиграть в основе ЦСКА. Я вообще считаю, что за последние годы мы получили из дубля мало футболистов, готовых влиться в основной состав. Для того чтобы
связь между основной командой и молодежной стала прочнее, дубль возглавил первый помощник Валерия Газзаева Владимир Шевчук.
— То есть вы одобряете решение РФС и РФПЛ дубль превратить в молодежные команды и ввести правило доморощенного игрока?
— Я хотел бы разделить эти два вопроса. Первенство молодежных составов, в моем понимании, должно стать вообще отдельным чемпионатом, отдельным турниром. В свое время мы проводили Кубок РФПЛ. Многое тогда не получилось. Но идея-то осталась? Почему тот же Кубок Премьер-лиги не могут разыгрывать молодежные составы? Мы тут общались с Виталием Леонтьевичем Мутко, и надеюсь, он меня поддержит в этом вопросе.
По поводу доморощенного игрока у меня другая позиция. Не надо придумывать велосипедов. Все уже придумано за нас. Я вхожу в комитет УЕФА по проведению клубных соревнований. Там мы решили, что с 2009 года в заявке Лиги чемпионов на сезон позиции с 17-й по 22-ю должны быть отданы молодым игрокам. Но на сезон, а не на матч! Во всем должен быть смысл. С правилом «доморощенного игрока» мы просто укоротили заявку на матч на одного человека. Сейчас мы можем взять мальчика 1998 года рождения и посадить его на лавку. И понятно, что он никогда не выйдет на поле, но правило-то мы исполним, только непонятно, кому от этого будет лучше.
— Еще одна реформа, которая назревает в российском футболе, касается судейства.
— И считаю, она сейчас остро необходима. Судьи должны стать профессиональными. В том смысле, чтобы у них в трудовой книжке была записана профессия — «арбитр». Весь мир понимает, что не могут они одновременно судить, поддерживать физическую форму и работать где-то еще. Надо, чтобы был у них пенсионный фонд, чтобы по окончании работы в поле была возможность продолжать карьеру в футболе. И, главное, чтобы они боялись потерять все это, знали: если их поймают на предвзятом судействе, всего того у них не будет, что одним шагом они могут испортить себе все будущее.
— В прошлом году Валерий Газзаев подписал новый трехлетний контракт с ЦСКА, но руководитель клуба, как показывает практика, всегда должен быть при отсутствии результата готов к оргвыводам. Часто ли вам приходилось вести предварительные переговоры с тренерами на предмет их работы в армейском клубе?
— За спиной Валерия Георгиевича? Никогда.
— А может быть, он уже был в курсе.
— Один раз мы разговаривали с Валерием Георгиевичем, и тогда был приглашен Артур Жорже, о котором вы знаете. Больше никаких разговоров и бесед с кем-либо из тренеров о работе в ЦСКА я не вел. Ко мне сегодня никто не может прийти и сказать: «Как же так, ты ведь меня обманул, ты же со мной говорил тогда-то и тогда-то». За российскими и западными футболистами мы следим, ведем поиск. За тренерами — никогда! Честно скажу, даже не задумывался над этим. Может быть, это и неправильно. Валерий Георгиевич — тоже человек, может и заболеть, может сказать: не хочу больше тренировать. И надо быть готовым к этому, но до вашего вопроса я даже не думал на эту тему.
— Понятно, что у ЦСКА самые высокие цели, а есть ли какие-то приоритетные задачи в нынешнем сезоне?
— Нет. Победа в каждом матче. Знаете, недавно абсолютно случайно зашел с одним из своих близких друзей на аукцион кукол. Я ему сказал, что мне даже в аукционах нельзя участвовать, потому что
и там проиграть не могу. Человек должен ставить максимальные задачи, и, если что-то не получается, он должен делать выводы, почему. У ЦСКА — то же самое.
УДОВОЛЬСТВИЕ ОТ ТИШИНЫ
— Куклу все-таки купили?
— Купил. Это была кукла, сделанная Чулпан Хаматовой, которую она продавала на аукционе. Средства от него шли в фонд детей, болеющих раком.
— Кому подарили?
— Только своей дочке. Внучке такую еще рано. Она ее быстро сломает.
— Одним из событий в этом году будет чемпионат Европы. Поедете в Австрию и Швейцарию?
— Конечно, хотелось бы. Дай бог, буду жив и здоров — поеду.
— Как болельщик или ...
— Только как болельщик. Без «или».
— И что может вас обрадовать на Евро, а что — огорчить?
— Я думаю, обрадовать может, если наша страна повторит победу на чемпионате Европы, которую мы уже много-много лет назад одержали. На недавнюю встречу ЦСКА с болельщиками обладатель «золота» на ЧЕ-1960 Валентин Бубукин принес свою медаль, и было бы здорово, если бы наша сборная сумела добиться столь же выдающегося результата. Огорчить? Не думал. В футболе надо быть оптимистом, максималистом и идти всегда вперед.
— А если абстрагироваться от футбола, в жизни что вас огорчает и что радует?
— Радуют дети и внуки. Их смех, их руки. Огорчает? Знаете, когда-то я был молодым и никогда не понимал, когда старшие товарищи говорили: «Раньше мы собирались на свадьбах и днях рождения, а сейчас — на похоронах или в больнице у друга». Я не мог этого понять, а сейчас пришел уже тот возраст, когда понимаю эти слова. Поэтому огорчает меня болезнь близких, потеря близких. А все остальное — жизнь, состоящая из белых и черных полос. Надо не гневить Господа, и надо радоваться всему тому, что дано.
— Часто у вас бывают минуты, когда живете воспоминаниями?
— У меня, наверное, нет. Воспоминания — только о моих родителях, которых, к сожалению, нет. Их я постоянно вспоминаю, они всегда со мной. А так я всегда живу будущим. Человек должен жить только будущим.
— Вы публичная фигура. Вам это в жизни помогает или доставляет неудобства?
— Доставляет большие неудобства. Я не люблю быть публичным человеком. Я люблю жить тихо, скромно, спокойно. От этого получаю больше удовольствия, чем от публичности.
— Автографы у вас часто просят?
— Очень. И я никогда не отказываю.
— А что чаще просят — автографы или деньги?
— Деньги? Не знаю. Есть какие-то вещи, которые у меня не надо просить, я сам всегда дам. Есть какие-то вещи, которые, проси меня или не проси, — бесполезно. Автографы почему даю — помню, когда был еще мальчиком, как для меня был дорог автограф Володи Мунтяна. Я ведь понимаю: для простых людей я где-то там, и получить роспись такого человека или сфотографироваться - для них большое счастье. Я сам жил в коммуналке и знаю, что значит для простого человека такое маленькое-маленькое счастье. Всегда даю автографы. Деньги — нет. Не потому что мне жалко — у меня, наверное, можно взять последнее. Деньги должны даваться на благие дела. И доставаться с трудом.


Андрей ВДОВИН Денис ВДОВИН

• источник: futbol-1960.ru

Быстрая и бесплатная служба доставки новостей

Подписывайтесь на наш канал «CSKA.INternet» в Telegram или
установите себе наш виджет на Вашей странице Яндекса
Оставить первый комментарий
Сейчас обсуждают