Газзаев Валерий Георгиевич

Газзаев Валерий Георгиевич. Нападающий. Мастер спорта международного класса. Заслуженный тренер России.

Родился 7 августа 1954 г. в г. Орджоникидзе (ныне - г. Владикавказ).

Воспитанник орджоникидзевской футбольной школы "Спартак". Первый тренер - Муса Данилович Цаликов.

Играл в командах "Спартак" Орджоникидзе (1970 - 1973, 1975), СКА Ростов-на-Дону (1974), "Локомотив" Москва (1976 - 1978), "Динамо" Москва (1979 - 1985), "Динамо" Тбилиси (1986).

Обладатель Кубка СССР 1984 г.

В сборной СССР провел 8 матчей, забил 4 гола. Сыграл за олимпийскую сборную СССР 11 матчей, забил 2 гола. Также сыграл за сборную СССР в 1 (забил 1 гол) неофициальном матче.

Бронзовый призер Олимпийских игр 1980 г. Победитель молодежного чемпионата Европы 1976 г. Победитель молодежного чемпионата Европы 1980 г.

Тренер в футбольной школе "Динамо" Москва (1986 - 1987). Главный тренер клуба "Спартак / Алания" Орджоникидзе / Владикавказ (1989 - 1991 / 1994 - 1999). Главный тренер клуба "Динамо" Москва (1991 - 1993, 1999 - 2001). Главный тренер молодежной сборной России (2001 - 2002). Главный тренер сборной России (2002 - 2003). Главный тренер ЦСКА (2001 - 2003, с 2004-го).

Награжден орденами Почета, "Дружбы", "Трудовая доблесть", "Спортивная слава России" I степени.

ВСЕГДА С ПРИСТРАСТИЕМ

Мастер спорта международного класса В. Газзаев в особом представлении не нуждается. В высшей лиге он провел 290 матчей и забил 113 мячей. Быстрый, техничный, хитрый, с хорошо поставленным ударом, В. Газзаев был одним из самых ярких советских форвардов конца 70-х начала 80-х годов. Он член Клуба Г. И. Федотова, бронзовый призер Олимпийских игр, двукратный чемпион Европы среди молодежи, обладатель Кубка СССР в составе московского "Динамо". Закончив выступления на зеленых полях, В. Газзаев не расстался с футболом.

В настоящее время работает в школе московского "Динамо", передает свой богатый опыт молодежи.

Сегодня В. Газзаев гость нашего еженедельника.

До обидного короток век футболиста. Видимо, поэтому, когда расстался с московским "Динамо", ставшим мне родным клубом, в душе теплилась мысль: еще пригожусь, а вдруг еще сыграю...

Приглашений хватало. И я, несмотря на хроническое заболевание верхних дыхательных путей (в последние три года по два-три раза ложился на лечение в клинику), в 33 года решил еще раз доказать, что остался у меня дух соревнования.

Речь, конечно, шла о динамовской команде высшей лиги, ибо ни за какие блага не согласился бы доигрывать в клубах другого общества или быть играющим тренером, - такие предложения тоже были, - да еще в командах других лиг. Мне всегда претило, когда слышал, как мастера из лучших клубов страны в погоне за призрачными благами все ниже и ниже опускались в своем мастерстве - в атмосфере нетребовательности к вчерашним звездам со стороны тренеров, живущих лишь одним днем, пытающихся за счет бывших больших игроков удержаться в серединке таблицы одной из зон второй лиги. Нет, я не против передачи опыта молодежи. Сегодня говорю об этом потому, что, "покатившись" по низшим лигам, хороший мастер в большинстве случаев, расслабившись и не следя за собой, деградирует не только как. игрок, но и как личность, как человек... За примерами, и не только в футболе, ходить далеко не надо.

Итак, пройдя очередной курс лечения в ЦИТО у врача Е.В. Багуцкой, после долгих сомнений решился принять приглашение в тбилисское "Динамо". Честно скажу, моего запала хватило на десять туров. Вновь обострилась болезнь, и я не стал искушать судьбу. Сейчас меня часто спрашивают, верно ли, что тбилисцы холодно отнеслись ко мне, что тренеры неохотно доверяли место в атакующих рядах? Ничего подобного. Несмотря на то, что в прошлом году у динамовцев в составе были такие нападающие, как Шенгелия, Месхи, Гуцаев, Челебадзе, тренер Н. Ахалкаци постоянно давал мне шанс проявить себя. Другое дело, что новая обстановка и необычные партнеры со своей манерой игры, и это можно понять, влияли на мою акклиматизацию в коллективе. Приходилось осторожничать, что никак не соответствовало моему характеру. А тут еще обострилась болезнь. Так последовало заявление об уходе…

Многим спортсменам свойственно оглядываться назад и вспоминать весь прошлый путь, расцвечивая его лишь приятными вехами из своей биографии. Думаю, эти слабости в конце трудной спортивной жизни простительны. Впрочем, и тут все зависит от характера. Футбольный характер у меня был ершистый. Я всегда, с любым соперником выходил играть и бороться за мяч до финального свистка. Никогда ни в одном матче, ни под кого не подстраивался. Сам не был равнодушным на поле и не терпел равнодушных и инертных рядом с собой. Меня часто упрекали в излишней придирчивости к партнерам, к соперникам, к арбитрам. Что поделаешь, до сих пор, даже сидя на трибуне, прокручивая в памяти тот или иной момент, не могу простить любому футболисту плохой пас партнеру, грубое нападение сзади, удары по ногам исподтишка, промах по воротам из выгодной позиции. Ярость, другого слова и не подберу, у меня вызывала и вызывает умышленная грубость, которую не всегда замечают судьи. Сколько же наш футбол потерял из-за этого великолепных мастеров?! Будь моя воля, я бы любого арбитра, "стыдливо" отводящего свой взгляд в сторону от грубиянов, немедленно отстранял от судейства пожизненно! Им нечего делать на футбольном поле! Они для футбола враги, они друзья костоломов! Такие, с позволения сказать, арбитры на корню уничтожают на стадионах не только дух победы, который привносят в великую игру разум и техника, но и убивают футбол как зрелище. В связи с этим вспоминаю, как меня поразили удивительные по своему пронзительному звучанию слова одного из любимых моих писателей А. Фадеева, опубликованные несколько лет назад в "Литературной газете", написанные им в послевоенное время после матча с участием ЦДКА. Выдающийся писатель сравнил любимого народом футболиста Г. Федотова, которого грубо сбили сзади с ног защитники, с "подбитым лебедем, испытывающим глубокие страдания"...

Впрочем, на черствые души и сердца "подбитый Лебедь, испытывающий глубокие страдания", вряд ли окажет воздействие.

В Орджоникидзе, где я начинал играть в футбол, моим первым тренером был Муса Данилович Цаликов. В этом человеке поразительно сочетались любовь и требовательность к нам, мальчишкам, умение не только обучать азам футбола, но и ненавязчиво, в ежедневных беседах, исподволь внушать нам чувство прекрасного и доброго. "Соперника нужно уметь обыгрывать за счет техники", - неустанно повторял тренер. Это были для меня новые, но очень важные уроки жизни, уроки футбола. В нашем учителе на любом занятии горел огонь души, ни разу мы не видели его равнодушным. Муса Данилович настойчиво подчеркивал мысль о том, что "подлинное футбольное искусство немыслимо вне работы, как правило, изнурительной и мучительной". Энергии юным южанам было не занимать, и мы часами, не расставаясь с мячом, шлифовали технику, выполняли любое задание любимого учителя, будь то в обводке или в ударах по воротам…

Оглядываясь назад, сегодня полностью убежден, что те уроки, которые преподал первый тренер, были самыми важными в становлении моего трудного спортивного пути. И где бы позже ни играл - в орджоникидзевском "Спартаке", московском "Локомотиве" или в "Динамо", где провел лучшие года, всегда с благодарностью вспоминал школу Цаликова.

Мой с детских лет задиристый футбольной характер, скорость и техника, хорошая школа, безусловно, помогли по праву войти в 1971 году в главную команду Северной Осетии. Тогда спартаковцы выступали в первой лиге, но, тем не менее, внимательное отношение со стороны признанных лидеров команды Папелишвили, Кайшаури и Худиева помогло мне в росте мастерства, и, получив приглашение в высшею лигу к московским железнодорожникам, я уже не чувствовал себя робким новичком в компании с Г. Нодия, Семиным, Эштрековым и другими известными мастерами. Так большой футбол стал моей жизнью.

В "Локомотиве" под руководством Игоря Семеновича Волчка мне пришлось продолжать непрерывную учебу, чтобы уже на практике в единоборствах с сильнейшими футболистами страны лучше проследить законы развития "тотального футбола", правильнее их понять и затем уже следовать им в своих действиях. На весенних учебно-тренировочных сборах или в сезоне перед матчами чемпионата страны часами изучал и анализировал действия в атаке киевлян, московских спартаковцев и тбилисцев, открывая для себя неизведанное в тактике. Все чаще и чаще высказывал на предыгровых установках и послематчевых разборах свое мнение. И Волчок с присущим ему тактом одобрял такое поведение, считая, что все футболисты, должны активно участвовать в подготовке команды к играм. Конечно же, не всегда бывал прав в оценке собственных действий и действий партнеров, но тем не менее стремился до конца вникнуть во все новинки игры на передней линии без ярко выраженных фланговых форвардов, без постоянных позиций у обоих нападающих, одним из которых пришлось быть мне самому на протяжении многих лет выступлений в высшей лиге.

Лучшие страницы моей спортивной биографии связаны с московским "Динамо", хотя они совпали отнюдь с небезоблачными днями в истории популярного клуба. Команду лихорадило, Началась смена поколений. К великому сожалению, почти каждый год менялись и тренеры. Уходили из клуба такие отличные мастера, как Пильгуй, Максименков, Якубик, Гонтарь, Долматов, Маховиков, а на смену им приходила необстрелянная молодежь, без хорошей школы. Вполне пристойные матчи чередовались с провалами. "Динамо" выиграло Кубок СССР, но плохо выступало в чемпионате. Затем дошли до полуфинала Кубка кубков европейских стран, но еле-еле остались в высшей лиге.

Мы. ветераны, конечно, понимали, что такая, нестабильность вполне закономерна, но без ложной скромности скажу, что даже в те трудные дни никогда не переставал, выходя на поле, бороться за любой мяч до конца, чтобы хоть как-то увлечь за собой молодежь. И самыми счастливыми бывали для меня минуты, когда побеждало "Динамо", когда мне удавалось быть вожаком в игре! Ох, как нужен был нам в те дни хороший тренер...

"Футболистам необходимы не только универсальное мастерство, но и определенная универсальность в понимании игры", - эти слова неоднократно слышал от В. Лобановского, когда приглашался в сборную СССР. Общение с ведущими футболистами страны, советы В. Лобановского и К. Бескова оказывали мне неоценимую помощь и в игре за свой клуб. Приезжая со сборов на динамовскую базу в Новогорск, невольно заводил с молодежью разговоры о тактике современного футбола, о принципах гармоничной игры в атаке и обороне. Лев Иванович Яшин, будучи невольным свидетелем одной из таких бесед, как-то отозвал меня в сторонку и сказал: "Валерий, вот это в нашем, динамовском духе. Мы всегда помогали молодым. Быть тебе тренером!..". Увидев, что я смутился, великий вратарь продолжал: "Не век же тебе играть...". Признаюсь, что тогда как-то не воспринял эти доброжелательные слова, хотелось играть и играть...

Любой призыв в сборную СССР был для меня праздником. Мне страстно хотелось играть в основном составе главной команды. Не всегда, правда, это удавалось. Слишком большая ответственность ложится на твои плечи. Особенно, когда ты приходишь в сборную, костяк которой состоит из 8-9 игроков одного базового клуба. Поэтому любая, даже едва заметная оплошность в матче чемпионата Европы или мира, на которую в своей команде не обратили бы внимания, в сборной не проходила даром. Бывало, и в мой адрес звучали резкие критические замечания на страницах прессы, порой и меня освистывали на трибунах. Но, сжав зубы до боли в губах, все терпел, шел в атаку, лишь бы помочь команде.

Еще в детские годы запомнил на всю жизнь фамилии советских футболистов, которые выиграли золотые олимпийские медали в Мельбурне в 1956 году и звание чемпионов Европы в Париже в 1960 году. Верю, что нынешнему составу сборной страны, успешно выступающей в отборочных матчах очередного европейского чемпионата, по силам повторить успех блистательной команды 60-х годов. В связи с этим, вспоминаю, как приехал в 1981 году в аэропорт Шереметьево поздравить своих друзей из тбилисского "Динамо" с выигрышем Кубка кубков, с которым они прилетели из Дюссельдорфа. После многочисленных приветствий ответное слово от имени команды произнес один из самых техничных игроков советского футбола Д. Кипиани. Поблагодарив присутствующих за теплые слова, Давид в заключение сказал: "...Как бы я желал" получить золотую медаль и в составе сборной СССР. Вот это бы был громадный успех!". Не правда ли, слова, достойные большого мастера?!

Думаю, что читатель поймет меня и не осудит за то, что, выступая сегодня на такой большой зрительской аудитории, я не всегда последователен в своих рассуждениях и выводах. Волнение мое понятно еще и потому, что всему миру известен тезис "о футболе все все знают". Я говорю об этом без иронии, тем более без желания заигрывать с любителями футбола.

Болельщики привыкли лучших футболистов и хоккеистов идеализировать как крепких парней с железными нервами. Увы, они, как и все люди, и даже, как утверждают врачи, более чем другие, подвержены чувствительности, зависимости от настроения. В этом не раз убеждался и на своем опыте, и на примере тех, кто преждевременно покидал футбол, особенно в последние годы выступлений, когда решил для себя - после долгих размышлений - стать тренером. Почему "после долгих размышлений"? Да потому, что, когда был моложе, мечтал стать юристом, перечитал гору специальной литературы. Да и среди родных и близких редко кто советовал стать тренером. И все-таки, когда вернулся из Тбилиси, и пришло время решать, колебаний не было. Наверняка и в этом выборе сказался мой характер: надо попробовать, надо рискнуть! Прирос, прикипел к футболу. Обязательно поработаю с детьми и подростками в школе. Да и знание основ юриспруденции еще никому и никогда в жизни и, думаю, в тренерской работе не мешало. И пусть не покажется кому-нибудь надуманным мое невольное сравнение тренера и юриста в каких-то аспектах деятельности: тот и другой всегда ищут истину.

А футболу истина сейчас, в период перестройки всего общества, нужна, как никогда. Не секрет, что организационные рамки нашего футбола устарели. Все отношения между игроками, тренерами и клубами регулируются всевозможными ведомственными инструкциями, не имеющими юридического характера. Да и эти инструкции на поверку оказываются липовыми. Отсутствие правовой основы приводит к тому, что у футболистов и тренеров есть только обязанности, причем весьма серьезные, связанные с настроением миллионов, но нет прав. Полностью поддерживаю Н. Старостина, К. Бескова и В. Лобановского в том, что нам необходимы футбольные клубы, имеющие юридический статут. С их созданием процесс организации футбольного дела станет более совершенным. Не надо бояться брюзжащих обывателей и "мнения" некомпетентных людей, выдающих себя за доброжелателей, но, тем не менее, пытающихся очернить наш футбол статейками "о беспорядках во второй лиге". Нужно говорить со всей партийной ответственностью, и я, как коммунист, это делаю, о серьезных и конструктивных переменах в футболе, а не о том-де, в случае создания клуба, "отделять или не отделять команду "Торпедо" от коллектива "ЗИЛа", хотя и ребенку ясно, что клубы в условиях нашего социалистического общества должны быть на крупных предприятиях.

Сегодня футболист или хоккеист команды высшей лиги работает с колоссальной нагрузкой три раза в день, полностью отдаваясь нелегкому тренировочному труду, результаты которого оценивают в матчах еженедельно миллионы зрителей. А прибавьте к этому повседневный риск. Едва начался сезон, а наш футбол уже потерял тяжело травмированного армейца Березина. На чемпионате мира по хоккею в Вене перелом челюсти, получил горьковский торпедовец Варнаков. А сколько месяцев после перелома ноги не играет киевлянин Яремчук? Называю только известные широкой публике фамилии... Вот и посудите сами, что такое большой, футбол и хоккей, и надо ли бояться слова "профессионал"?

Время летит безостановочно. Вот уже скоро год как работаю с детьми (1970 года рождения) в школе "Динамо" и, помимо этого, помогаю заслуженному мастеру спорта Ю. Кузнецову, который ведет группы юношей. У меня два сына - Владимир и Аслан. Наконец-то их отец стал ежедневно появляться дома и имеет возможность не только влиять на воспитание, а попросту повозиться с ними, ведь они должны чувствовать в семье мужскую руку.

И все-таки мои мысли даже дома витают вокруг школы. Как подготовиться к завтрашнему футбольному уроку, как сделать его интересным для мальчишек? Вновь вспоминаю М.Д. Цаликова. Его всегда отличало истинное участие в судьбе каждого из учеников, потребность донести разумное до сердца ребенка, научить нас любить книгу, знать историю своего края. Стараюсь на каждой тренировке походить на своего первого тренера-учителя, видимо, это и есть подлинная педагогика. И вот уже, узнав возможности своих ребят, размышляю о том, что нет в группе Плохих или хороших. Главное, мальчишки хотят стать настоящими мастерами. В этом вся суть, в этом искомое зернышко. Нам, тренерам, надо суметь найти, схватить, поднять это, пока еще совсем зеленое, зернышко. И только тогда можно вытянуть за ним все самое лучшее в маленьком человеке, мечтающем стать большим футболистом, а все плохое в характере, во взаимоотношениях с другими ребятами отлетит в сторону, как шелуха. Трудно работать с детьми? Здесь двух мнений не существует. Трудно! Ведь ребенок беззащитно открыт всему - и доброму, и злому.

У поэта Ю. Воронова написаны прекрасные стихи о войне и о блокаде Ленинграда. В них есть удивительные строки, которые стали созвучны нашим дням.

Что стоит жизнь
В довольстве и покое,
Когда ее пытаются лепить,
Фальшивя перед делом и строкою?
Легко казаться,
Очень трудно - 6ыть!

Такие строки вряд ли кого оставят равнодушными, особенно тех, кто работает с детьми, воспитывает молодежь.

Каждое утро спешу на стадион "Динамо" к своим ребятам, чтобы еще и еще раз донести до них хотя бы маленькую частичку разумного, передать свой футбольный опыт. Чувствую, как и сам обогащаюсь от общения с юными. Наверняка даже этот небольшой период работы в школе пригодится мне и в дальнейшей, нелегкой тренерской деятельности. Действительно: "Легко казаться, очень трудно - быть!".

Еженедельник "Футбол-Хоккей" №18, 1987 г.

ВАЛЕРИЙ ГАЗЗАЕВ: БЕЗ ЭМОЦИЙ ЖИЗНЬ МЕРТВА. ФУТБОЛ ТОЖЕ

"Не успел я задать первый вопрос, как хозяин кабинета на втором этаже футбольной базы ЦСКА закурил сигарету..."

С этого предложения, придуманного мною по дороге в Ватутинки, и должен был начинаться материал. Однако едва я приоткрыл дверь, как Валерий Газзаев с гордостью произнес:


- Не поверите, но я уже неделю не курю.

- Что, врачи запретили?

- Бросил сам. Без чьих-либо советов и рекомендаций. Решил, что пора избавляться от дурных привычек.

- Вы мне сейчас напомнили Никиту Михалкова, который однажды, когда я предложил ему сигарету, артистично поднял руки вверх со словами: "Спасибо, но должен же я в этой жизни хотя бы что-нибудь не делать!"

- А я вот 30 лет назад совершил, наверное, свою самую большую ошибку, когда первый раз затянулся.

- Но от тренеров вы это, полагаю, тщательно скрывали. Зато когда сами стали тренером...

- Пачка за игру уходила. А за день - две с половиной, а то и три.

- И как себя чувствуете без никотина?

- Да вроде бы нормально. Но в любом случае обратного пути нет - я же слово дал. А мужчина, бросающий слова на ветер, сразу же теряет уважение.

- А каким образом его можно завоевать?

- Правильными поступками: по отношению к семье, друзьям и на работе. Нельзя терять достоинства и своего лица ни при каких обстоятельствах. Разошлись пути с человеком, которого ты считал близким, - не говори о нем за спиной ничего дурного. Никогда никого не предавай и не подставляй. Ни в каких ситуациях не опускай руки - борись до конца.

- Вы начали с семьи...

- И это не случайно. Помню, только женился, и мой друг с нелегкой судьбой как-то сказал: "Самое сложное и тяжелое в жизни - содержать семью". Помните, как у Экзюпери: "Вы в ответе за тех, кого приручили". Так и ты - в ответственности за жену, детей, которых должен поставить на ноги и воспитать на собственном примере.

- А кому обязаны тем, что стали именно таким, каким вас знают родные и друзья?

- Прежде всего родителям. Да и влияние двора и улицы тоже сыграло роль.

- Каким вам видится детство с расстояния прожитых лет?

- У меня было счастливое детство. И все благодаря родителям. Не знал, что такое выйти из-за стола голодным. Но чтобы на этом столе с утра лежала буханка хлеба и стояла бутылка молока, мама поднималась в четыре утра и шла в магазин. А у прилавка нужно было еще длиннющую отстоять очередь. А еще родители делали, по-моему, невозможное, чтобы дать нам, детям, полноценное образование. Они - великие труженики, хотели, чтобы мы приносили пользу людям, с уважением относились к старшим, заботились о стариках. Прошли годы, и я, уже будучи отцом, не раз повторял эти на первый взгляд прописные истины своим детям.

- Вы родились и выросли на Северном Кавказе. Как бы в нескольких словах сформулировали самый важный закон гор?

- Никогда не урони честь и достоинство. Настоящий джигит лучше умрет стоя, чем будет жить на коленях.

- Вы упомянули о своем дворе. Каким он был?

- Очень спортивным. Нас не баловали игрушками. Зато во дворе был футбольный мяч. Один на всех. После школы мы забрасывали портфели домой и - гурьбой на улицу. За учебники садились тогда, когда уже мяча в сумерках не видно было.

- Под влиянием учителей, в том числе и футбольных, тоже формировался ваш характер? А вашим первым тренером был Цаликов, я не ошибаюсь?

- Да, Муса Данилович был моим первым тренером в футбольной школе и в команде мастеров "Спартака" из Орджоникидзе (ныне - Владикавказ. - Прим. Л.Т.).

- Всегда играли в нападении?

- Никогда на поле амплуа не менял. Как и в жизни не изменял своим принципам.

- Однако многие считают, что за последнее время вы заметно изменились.

- Мне об этом уже приходилось слышать. Но разве может человек стать другим за считаные месяцы?! Другое дело, что с годами ты мудреешь. Но это ведь естественный процесс. Так вот, не Газзаев изменился, а отношение к нему. Взять ваших коллег, журналистов. Им же надо как-то объяснить, почему тренер, в чье сердце они еще вчера выпускали одну ядовитую стрелу за другой, сегодня, неожиданно для них, добился успеха.

- А ваше отношение к журналистам также "дало крен" в лучшую сторону?

- Да я всегда доброжелательно и с пониманием относился к представителям вашей профессии. Но при этом не стеснялся высказывать свое мнение - независимо от того, нравится оно кому-то или нет. Да, другой человек на моем месте, вероятно, промолчал бы. Но я такой, какой есть, и меня уже не переделать.

- В свое время я позволял себе неодобрительно высказываться в адрес Валерия Лобановского по поводу его "выездных моделей" и "гроссмейстерских ничьих". И он совершенно не обижался. Больше того, при встрече каждый из нас аргументированно доказывал свою правоту.

- Что ж, каждый журналист имеет право на свою точку зрения. Но давать категорические оценки, рассуждать об игре, а при этом лишь поверхностно знать, что происходит с командой или с игроком, - разве это профессионально? К примеру, не вы, а я каждый день работаю с братьями Березуцкими с тех пор, как они пришли в ЦСКА. И после первых же занятий увидел в них одаренность. А вскоре обратил внимание, как они быстро прогрессируют. Но на этих двух молодых парней обрушился водопад критики, причем связанной не только с игрой. Журналисты позволяли себе унижать их человеческое достоинство. Вы можете быть не согласны с методами моей работы и вправе говорить об этом. А рассудить нас может только результат. И вот мы становимся чемпионами. Но, оказывается, "без чемпионской игры". Возникает вопрос: а какую же игру тогда показывали остальные? На самом же деле в 2003 году (как, впрочем, и в нынешнем) я строил игру, исходя из возможностей футболистов. А возможности Попова и Вагнера совершенно разные. Так же, как Шершуна и Игнашевича или Соломатина и Жиркова. Или Яновского и Карвалью. И, наконец, возможности вчерашних и сегодняшних Березуцких опять-таки разнятся.

- Что там говорить, братьям доставалось от нас, журналистов, больше, чем кому бы то ни было. И, естественно, тренеру, который упорно продолжал ставить их в состав да еще привлек в сборную. Что это - вера в игроков, тренерское чутье или дух противоречия?

- А как вы считаете - появится дух противоречия после того, как прочитаешь: дескать, Березуцких можно ставить только тогда, когда все остальные защитники в ЦСКА умрут... Но вовсе не в эмоциональном порыве я продолжал доверять братьям. Видел их перспективу и, указывая на ошибки, которые они совершали, старался помочь их устранить.

- Как раз недавно и Алексей, и Василий говорили мне, что поддержка Газзаева в тот период имела для них особенно большое значение. А в чем она еще проявлялась?

- Я часто и подолгу беседовал с ними. "Самое главное, что тренер в вас верит" - вот основной лейтмотив наших разговоров. И еще процитировал как-то булгаковского профессора Преображенского, который рекомендовал для лучшего самочувствия не читать с утра советских газет.

- Словом, вы выполняли функции психотерапевта.

- В какой-то степени. По крайней мере неоднократно повторял им: "Сегодня я страдаю так же, как и вы. Но вы талантливые молодые люди. Только надо работать на тренировках до седьмого пота. И мы со временем докажем нашу правоту". Посудите сами: прежде чем ребенок появляется на свет, плод развивается в чреве матери девять месяцев. Это закон природы. И в футболе есть свои законы. Уметь ждать - едва ли не самый важный из них. По крайней мере для тренера.

- А если бы Березуцкие не заиграли? В конце концов футбол знает немало примеров, когда тот или иной футболист с незаурядными данными неожиданно останавливается в росте. Что тогда?

- Конечно, это был бы удар по моей тренерской репутации. Как и в истории с 17-летним Акинфеевым, ошибись я в нем. Ведь никакой гарантии в подобных случаях тебе никто не даст. И тренер, даже видя перспективу в игроке, конечно, рискует, предоставляя ему место в составе. Но разумный риск лично у меня всегда берет верх над инстинктом самосохранения. И когда ко мне в руки попадают такие талантливые игроки, как Березуцкие, Акинфеев, Жирков, Карвалью, Красич, моя задача - развить их сильные качества. А без доверия это невозможно.

- Великий Тарасов, доверив ворота 17-летнему Третьяку, обратился к своим титулованным игрокам: "За Владиком надо ухаживать, как за девушкой. Вас много, а он один". По словам Акинфеева, вы тоже его оберегали.

- Я дозировал его нагрузки. Психологические в первую очередь. Да, дебют в Самаре получился блестящим. Но вскоре была ничья в Элисте - 2:2, которую не занесешь Акинфееву в актив. Как, впрочем, и всей команде. Но я ему дал отдохнуть не потому, что пропустил два мяча, а потому, что видел, что он устал. Нечто подобное на первых порах происходило и с Березуцкими. И по этой причине они далеко не всегда появлялись на поле вместе. А иной раз оба пропускали игры. Но время все равно работало на них и на меня - они ведь росли.

- Но кто знает, какой лимит отпущен тренеру. Сроки его контракта, как показывает практика, носят весьма условный характер. И вы вполне могли передать открытых вами одаренных игроков в руки своего коллеги.

- Безусловно. Нечто подобное произошло в национальной сборной. Кто сегодня защищает ее цвета? Братья Березуцкие, Акинфеев, Игнашевич, Алдонин, Аршавин, Кержаков... Это я открыл для них зеленый свет в свою заметно омоложенную команду, ибо понимал: настал черед этой плеяды, которая в ближайшем будущем должна заявить о себе всерьез. И надо было, сказав спасибо многим игрокам сборной предыдущего поколения, делать ставку на молодежь.

- Но Валерий Карпин мог бы вам помочь на этом революционном этапе, как помог, к примеру, Виктор Онопко.

- Мог. Хотя бы потому, что Карпин настоящий профессионал и лидер по духу. Кстати, я иногда ему звоню в Испанию и консультируюсь по вопросам, которые меня интересуют. Но тогда при встрече на Кипре он честно признался: "Валерий Георгиевич, хочу все усилия сосредоточить на работе в клубе". И я по-человечески его понял.

- Ну а вы, на мой взгляд, наоборот, если бы могли целиком и полностью сконцентрироваться на работе в сборной, то, возможно, трудились бы в ней по сей день.

- Возможно. И сегодня, после того как на собственной шкуре испытал все "прелести" совмещения, могу твердо заявить: тренер сборной не должен работать в клубе. Впрочем, к этому выводу пришел еще до матча с Израилем, после которого и подал в отставку. Поскольку начал понимать: разрываясь на два фронта, добиться положительного результата на обоих очень тяжело. Больше того, при этом существует шанс не выполнить задачу ни там, ни здесь. Ведь неудача в клубе отражается на твоей деятельности в сборной, и наоборот. Словом, на твои плечи ложится непосильная психологическая ноша.

- И вы приняли решение в пользу клуба?

- Да. И, как видите, не зря. Хотя, как известно, нет правил без исключений. Помните, как Лобановский переезжал вместе с десятью игроками киевского "Динамо" из Конча-Заспе в Новогорск? При таком варианте совмещение возможно. При всех остальных - нет.

- В августе 2003-го вы приняли действительно верное решение. Но это выяснилось позже. А в тот момент могли просто психологически сломаться, и вам уже трудно было бы повести за собой клубную команду.

- К тому времени я прошел уже через многие испытания и отчетливо понимал: все гладко в жизни не бывает. Да и за саму жизнь человеку приходится бороться не только тогда, когда он находится на больничной койке в критическом состоянии. Борьбу эту ведешь ежедневно, ежечасно, ежеминутно. А заключается она в том, чтобы отстаивать свои позиции и свою линию. Конечно, при первой же серьезной неудаче или при проявлении несправедливости по отношению к тебе можно махнуть на все рукой. Но тогда и все твои мечты моментально рушатся. А это самое страшное.

- Так кто же сильнее - человек или обстоятельства?

- В идеале человек должен быть сильнее любых обстоятельств. Или как минимум стремиться к этому.

- Восемь лет назад в Валенсии я спросил у Хорхе Вальдано: "Благодаря чему сборная Аргентины выиграла чемпионат мира 1986 года?" "Дело в том, что у нас в команде было 20 нормальных людей и один ненормальный. Он и выиграл нам чемпионат" - услышал я в ответ. Понятно, что Вальдано имел в виду своего друга Марадону с его непредсказуемыми действиями не только на поле, но и за его пределами.

- Марадона - личность. В политике, истории, бизнесе, спорте все определяют исключительно личности. Да, у них сложнейший, а порой и невыносимый характер. Но без этих уникумов жизнь была бы серой. Она вообще остановилась бы в своем развитии.

- Но как находить тренеру общий язык с такими неординарными людьми?

- Надо не только беседовать с ними, но и прислушиваться к ним. Однако грести мы должны в одном направлении, которое определяет все-таки тренер. Но прежде или постепенно необходимо обратить игроков в свою веру. Только

• источник: www.rusteam.permian.ru

Быстрая и бесплатная служба доставки новостей

Подписывайтесь на наш канал «CSKA.INternet» в Telegram или
установите себе наш виджет на Вашей странице Яндекса
Оставить первый комментарий
Сейчас обсуждают