«Двое держали за ноги, пока третий шуруп выкручивал из кости...»

«Двое держали за ноги, пока третий шуруп выкручивал из кости...»

Как не сломаться под лавиной травм? Рассказ одного из самых невезучих игроков в истории РФПЛ — бывшего «армейца» Александра Цауни.

Это было самое долгое (пока) интервью в моей журналистской практике. Не по хронометражу — по длительности ожидания. Мы предварительно условились о беседе в апреле 2016-го. Но жизнь — в первую очередь Сашина — внесла коррективы в эти планы. Только через год у Цауни наметилась светлая полоска после непроглядно чёрной — и отложенный разговор наконец состоялся. Причины для переносов у моего собеседника были более чем уважительные, и вы сейчас в этом убедитесь.

«Хороший строитель зарабатывает больше среднестатистического футболиста»

— С какими эмоциями вернулись на родину, в Латвию?

— С хорошими — ведь теперь могу уделять больше внимания семье. Конечно, скучаю по Москве, по большому футболу. Сейчас восстанавливаюсь — может, и мне ещё удастся поиграть.

— Что собой представляет ваша новая команда — «Рижская футбольная школа»?

— Молодой клуб, пара лет от роду. Но здесь работает доктор, знакомый мне по «Сконто» и сборной Латвии. Знаю многих ребят. Стадион и тренировочная база — рядом с домом. Удобно.

— Инфраструктура по сравнению с ЦСКА — небо и земля?

— Общий уровень футбола в Латвии упал по сравнению с тем временем, когда я начинал. Другие были финансы — другие условия для работы: база, поля. Стадион «Сконто» сейчас вообще разбирают — непонятно, что там творится. ЦСКА — клуб Лиги чемпионов, был и остаётся им. С тем «Сконто», настоящим, ЦСКА ещё можно сравнить, но не с нынешним. Посмотрим, что получится у РФШ. Планы большие, новый газон делают, натуральный. В начале весны местные команды в основном на синтетике играли — только начали на зелёные поля переходить.

— Клубный стадиончик РФШ на полтысячи мест — как на базе ЦСКА в Ватутинках?

— Есть что-то общее. Неплохая, уютная арена. Сборная на ней всегда тренировалась. Вроде собираются расширять трибуны. Хотя в целом по чемпионату посещаемость не ахти. Если тысяча человек собирается — уже хорошо.

— Зарплаты у футболистов в России и Латвии несопоставимы?

— Хороший строитель здесь зарабатывает больше среднестатистического футболиста. Условный продавец — чуть меньше.

— Ну, сколько? Тысяча-две евро?

— Где-то так. Сегодня в латвийский футбол просто нет смысла вкладывать большие деньги, покупать дорогих игроков. Возможно, когда новые клубы встанут на ноги, достигнут Лиги чемпионов или Лиги Европы, ситуация начнёт меняться, но пока так.

Александр Цауня и Леонид Слуцкий
Фото: Александр Мысякин, «Чемпионат»

— После огромной, крикливой Москвы заново привыкали к тихой, спокойной Риге?

— Бывает, друзья заезжают, жалуются: «В пробку попал, 15 минут простоял». А я здесь заторов вообще не замечаю. Ни с утра, ни вечером — никогда. Для меня их нет. От дома до центра — максимум полчаса. До Юрмалы — 40 минут. Этим я очень доволен. В Москве, садясь за руль, не угадаешь, когда вернёшься домой.

— Самая жёсткая пробка на вашей памяти?

— Как-то летом из Ватутинок до станции метро «Динамо» больше четырёх часов тащился. Два с половиной из них простоял на МКАД — то ли Владимир Владимирович приезжал, то ли случилось что, не знаю. Яндекс-картами не пользовался тогда.

— А услугами водителя?

— Тоже. С 18 лет за рулём. У мамы жены автошкола, так я быстренько выучился и права получил. Одно время по Москве на личном авто передвигался, с латвийскими госномерами. Потом служебную дали. С гаишниками проблем никогда не возникало — за все годы один штраф заплатил, и тот по мелочи.

«В ресторане под столом незаметно снял носок — нога синяя»

— Последний раз вы выходили на поле 9 апреля 2016 года?

— Да, против «Мордовии». Неплохо сыграл…

— Почему не до конца?

— В середине второго тайма, выполняя передачу на Ерёменко, оступился — левый голеностоп будто уехал назад. Первая мысль: «Не может же так не фартить!». Попытался разбегаться, но боль в косточке не отпускала — только усиливалась. Решил поберечься — попросил замену. Врачи поставили тейп, посмотрели — вроде ничего серьёзного, а вечером на юбилее у Игоря Акинфеева почувствовал неладное. В ресторане под столом незаметно снял носок — нога синяя. Выдернул доктора — говорит, надо делать снимок.

— Выходит, на золотой казанский матч Слуцкий вас из чувства сострадания в запас включил?

— Нет-нет, тогда я ещё тренировался с командой, готовился к игре. Чувствовал себя более-менее нормально, где-то терпел. После отпуска невмоготу стало. Полетел на обследование в Германию, вместе с Дзагоевым. Предложили два варианта на выбор — либо вставлять штыри в пятку, либо оперировать переднюю связку.

— Что выбрали?

— Наотрез отказался от операций — и так слишком много их перенёс. Спросил: есть другие варианты? Говорят, попробуй реабилитацию без хирургического вмешательства. Заказал новые стельки, стал укреплять мышцы, бегать потихоньку. Через две-три недели должен был начать играть, и тут с ребёночком случилась неприятность.

— Что такое?

— Рано родилась малышка. Жена почти полтора месяца лежала в больнице — я должен был находиться рядом. Спасибо клубу, что вошёл в моё положение и отпустил. Два-три месяца я был всецело сосредоточен на семье, после чего мы с ЦСКА полюбовно расстались, и я улетел в Испанию, продолжать восстановление.

— Как развивались события дальше?

— Местный доктор, оперирующий звёзд «Реала», заверил, что за два-три месяца можно восстановиться без операции. «У меня пять таких, как ты, в Примере бегает, — обнадёжил. — У тебя хорошие шансы вернуться в футбол». Месяц занимался в Испании под присмотром бывшего физиотерапевта ЦСКА, а потом договорился с РФШ тренироваться с клубным врачом, выходить с командой на поле. Сейчас уже начинаю работать в группе — разминка, квадраты — и жду, когда перейдём на зелёные поля. Надеюсь, что-то из этого получится.

Эйден Макгиди и Александр Цауня
Фото: Александр Мысякин, «Чемпионат»

«Как?! За что всё это мне?»

— Не испытывали в ЦСКА чувства неловкости, дискомфорта из-за череды травм?

— Последние полтора-два года было тяжело морально. Пятую плюсневую кость на правой ноге четыре раза оперировал! Первый раз сам ошибся — вышел раньше времени, рискнул. Оказалось, ничего не заросло. Два матча сыграл — и поехал в Германию на повторную операцию. Сделали. Восстановился, начал работать. Думал: «Ну вот, наконец наберу форму и буду играть — за клуб, сборную». И тут — на тебе, на ровном месте воспаление кости. Металлическая пластинка внутри расшаталась. Пришлось снова лететь в Германию — выкручивать её. Потом ещё одна операция, и опять на том же месте…

— Сколько же вы травм за карьеру перенесли?

— До ЦСКА — всего одну, передней мышцы бедра. Мелкие надрывы не в счёт — это у всех бывает, рабочие моменты. Был ещё перелом носа. Всё высыпалось после плюсневой. Я не понимал, как такое возможно. В шоке был…

— Приличный кусок карьеры повреждения украли?

— Года два, наверное. Знаете, как бывает: восстанавливаешься, хочешь быстрее набрать форму, вернуться в состав, помогать клубу. Где-то спешишь — и усугубляешь ситуацию.

— Сильно переживали?

— Спать не мог без снотворного. Помогали доктора. Это не то чтобы боязнь была, нет. Но слишком много неприятностей в одночасье навалилось.

— Бывало обидно до слёз?

— Много раз. Представьте, выходишь после паузы на поле, настраиваешься на позитив: «Только вперёд». А потом — бам! — снова боль. Перелом или воспаление. И одна мысль в голове: «Как?! За что всё это мне?».

— Не иначе как сглазил кто?

— Куда я только ни ездил — и в церкви, и к бабкам. Вообще-то, я к таким вещам спокойно отношусь, но на нервной почве готов был бежать к кому угодно, лишь бы из этой полосы выкарабкаться.

«Думал, что там стоит — раскрутить болтики и вытащить пластинку?»

— Сколько сейчас в организме инородных тел?

— Ничего, всё вытащили. Я сам настоял, чтобы железки убрали — дискомфорт доставляли.

— «Звенели» на досмотре в аэропорту?

— Не звенел. На титан, видимо, рамки не реагируют.

— Некоторые оставляют на память рентгеновские снимки, даже видео операций. Вы — нет?

— Зачем? Если плюсневая больше не мучает, какой смысл беречь снимки? Наоборот, хочется поскорее этот кошмар забыть. Но последнюю операцию запомнил на всю жизнь. Думал, что там стоит — раскрутить болтики и вытащить пластинку? Ерунда какая-то. Пойду без общего наркоза. Ограничились локальным — уколом не в спину, а в голеностоп. Доктора предупредили, что операция займёт 15−20 минут.

— Но что-то пошло не так?

— Чувствовал всё — как резали, как накладывали швы. Но самое страшное даже не это.

— А что?

— Последний шуруп не выходил — то ли застрял, то ли прижился к кости. Это было жёстко… Два человека сидело на коленях, пока третий его выкручивал. После этого зарёкся так экспериментировать…

Александр Цауня в составе сборной Латвии
Фото: Reuters

«Слуцкий подвергся сумасшедшей нагрузке»

— Ранее на почве травм не порывались уйти из ЦСКА?

— Были мысли вернуться домой — успокоиться, восстановиться, чтобы никуда не спешить. Хотя и в ЦСКА меня последнее время, как начались серьёзные проблемы, никто не подгонял.

— Со Слуцким ситуацию обсуждали?

— Конечно, приходил к нему. Говорил: «Извините, но сами видите, что я ничего не могу сделать. Реально ни-че-го. Не существует такого укола, который поможет мне сейчас играть».

— А он?

— Викторович понимал, что я прошёл и насколько мне тяжело. Что просто не фартит. Плюс стресс, переживания…

— На скольких позициях поиграли у него?

— Один раз играл второго нападающего. Выходил справа, слева, в центре полузащиты, в опорной зоне и слева в обороне. Пять-шесть позиций, получается.

— Не нервировала постоянная переброска с места на место?

— Меня и Александр Петрович (Старков. — Прим. «Чемпионата») на разных позициях в «Сконто» и сборной использовал — и справа, и слева, но чаще всё-таки — под нападающими. В ЦСКА начинал как крайний полузащитник, потом переместился в центр. Опорник — не совсем моё. А вот слева в обороне интересно было. Может, потому что в ЦСКА крайние защитники высоко играют.

— Разные амплуа предполагают различную нагрузку на суставы и мышцы. Это не могло стать дополнительной причиной повышенной травматичности?

— Не думаю… Нет, ерунда. Проблем с выносливостью у меня никогда не было. Просто так обстоятельства сложились: где-то моя вина была, где-то не моя, где-то не повезло просто…

Александр Цауня
Фото: Денис Тырин, «Чемпионат»

— Где застала новость об отставке Слуцкого?

— Кажется, в Латвии. Но разговоры ходили и раньше — якобы Викторыч передохнуть хочет. Я не удивился бы, если бы Слуцкий остался — точно так же, как не удивился отставке. Это было совместное решение тренера и клуба. Он много сделал для ЦСКА за семь лет. Думаю, любой клуб Премьер-Лиги был бы рад видеть у себя такого специалиста.

— Не было ощущения, что с Евро-2016 Слуцкий вернулся в клуб другим человеком — более напряжённым, что ли?

— Он подвергся сумасшедшей нагрузке. Одно время в Латвии Старков тоже совмещал должности, но у него большинство сборников было на виду в клубе. У Леонида Викторовича была другая ситуация. Другие болельщики, пресса. Естественно, что человек устал и захотел взять паузу.

— Попрощались?

— В телефонном режиме. До сих пор переписываемся, созваниваемся. Леонид Викторович вроде бы собирался в Латвию по делам — надеюсь, свидимся.

— Есть какой-то символизм в том, что фактически одновременно со Слуцким покинули ЦСКА?

— Я так и так ушёл бы, вне зависимости от личности тренера. Без вариантов. Во-первых, из-за семейной ситуации, во-вторых — из-за травм. В конце концов мы с Романом Юрьевичем (Бабаевым. — Прим. «Чемпионата») сели, поговорили. Всем всё уже было понятно. И я так дальше не мог, и клуб. Спасибо ЦСКА за то, что до последнего помогали и верили. Мне самому дико обидно, что так получилось. Хотелось больше дать команде…

— С ребёнком уже всё хорошо?

— Тьфу-тьфу-тьфу. Но мы ещё маленькие — много докторов предстоит пройти.

Александр Цауня и Кирилл Набабкин
Фото: Павел Ткачук, «Чемпионат»

«Я отвлекал внимание охранника, а Набабкин брал рацию…»

— Скучаете по другу Набабкину?

— Ещё бы. Почти каждый день созваниваемся. Он зовёт меня в Москву, я его — в Ригу. Мы обязательно встретимся. Тем более мне учёбу надо закончить в Москве.

— Где?

— В Государственной академии физической культуры. Осталось выпускные экзамены сдать — зимой не успел.

— Как Набабкин разыгрывал охранников на «армейской» базе, мы наслышаны…

— Так я тоже участвовал. Отвлекающим был — звал охранника, типа помочь что-то, а Кирилл незаметно брал рацию.

— И объявлял тревогу?

— Ага. Приказывал всему личному составу срочно собраться у входа: мол, Гинер едет на базу. У всех паника, переполох: почему никто не предупредил?! И тут появляется настоящий начальник охраны: «Вы чего тут столпились?!». Те в изумлении. «Так Евгений Леннорович…», — бормочут. А мы с Кирюхой, уже переодетые, стоим в сторонке, смеёмся.

— За музыкальный репертуар на выездах тоже вы отвечали?

— В чемпионском самолёте из Казани сделали Дзаге сюрпризик — врубили лезгинку. Алан оценил. Весёлый был рейс — приятно вспомнить…

• источник: www.championat.com

Быстрая и бесплатная служба доставки новостей

Подписывайтесь на наш канал «CSKA.Telegram» в Telegram
Оставить первый комментарий
Сейчас обсуждают