Владимир Астаповский. Морская душа вратаря

Можем ли мы объяснить, как и почему начинаем любить что-то больше всего на свете? И как получается, что какое-то дело становится для каждого из нас делом жизни? Все это столь же непознаваемо, сколь и природа призвания, таланта, и так же ценно, необходимо человеку, как способности, дарование, талант. Найти в себе призвание и затем найти себя в деле, для которого ты рожден, — не такова ли самая сложная и самая важная для каждого человека жизненная цель?

Так и не смог объяснить мне Владимир Астаповский, почему он, выросший в Брянске, куда даже самые сильные ветры не в состоянии донести запах моря — почти тысячу километров им для этого надо преодолеть, в городе, окруженном густыми лесами, в городе промышленном, но и зеленом, — почему он стал мечтать о море. Да так сильно мечтать, что и читал только о морских путешествиях и морских сражениях. И ждал, дождаться не мог, пока закончит восьмой класс, чтобы сразу пойти в мореходку. Не смог он объяснить мне и то, как обнаружил в себе и спортивное призвание, как вошел в его жизнь футбол. От игры с мальчишками во дворе и в школе футбол превратился для него в серьезное, трудное и любимое дело. И среди всех этих загадок — а разве не загадочна и не неповторима каждая человеческая душа? — еще одна: почему мальчонка невысокого роста (сейчас уже и не верится, что он был таким когда-то) не мучился выбором и сразу — однажды и на всю жизнь — выбрал для себя место не на футбольном поле, а в воротах?

Володя играл в детских и юношеских командах в своем родном городе, играл просто так, для удовольствия, не планируя и в самых далеких мечтах не забегая в то будущее, где он сможет стать мастером футбола. И я понимаю, почему он не думал об этом — потому что были мечты о море, и они в его душе побеждали, подавляя величием своим и красотой — как величавы и красивы морские просторы — все остальное в его жизни и, значит, футбол в том числе.

Он поступил в бакинскую мореходку — известную на всю страну мореходную школу, которая готовит моряков торгового флота. И, осуществив, как ему казалось, свою главную мечту, он не подозревал тогда, что и для его футбольного будущего окажется чрезвычайно важным «бакинский период».

Баку в то время был по-настоящему футбольным городом. Именно тогда, в середине шестидесятых годов, переживал свой расцвет бакинский «Нефтяник» (теперь «Нефтчи»), именно тогда из юношеских команд города и республики шло и шло непрерывным потоком пополнение в коллектив мастеров, и до сих пор играют во многих клубах высшей лиги воспитанники бакинской футбольной школы.

За два года учебы в мореходке Володя вытянулся и теперь всей фигурой и статью своей, безусловно, походил на вратаря. Он одновременно учился и в футбольной школе «Нефтяника» у замечательного специалиста по работе с детьми, заслуженного тренера СССР Артема Григорьевича Фальяна. В 1964 году, на пороге восемнадцатилетия, Володя Астаповский уже входил в юношескую сборную Азербайджана, выступал в составе «Нефтяника» во всесоюзных юношеских соревнованиях.

Больше десяти лет прошло с тех пор, но и сейчас, когда бы ни зашел разговор о потерях, какие понес по вине разных людей азербайджанский футбол, терявший даже место в высшей лиге, все всегда вспоминают и о Владимире Астаповском, о том, что вот проглядели, мол, тренеры команды мастеров такого талантливого спортсмена. Признаюсь, что и я не раз говорил и писал об этом. Может быть, и верно: проглядели. Только теперь я знаю, что сам Володя и не думал тогда всерьез о футболе и не готовил себя в мастера. Море, только море по-прежнему властно и непреодолимо манило его. Видать, душа у него была все же больше морская, чем футбольная.

И когда пришла пора служить в армии, разве могло возникнуть сомнение, что он не попадет во флот? Конечно, он стал военным моряком и — наконец-то! — целый год провел в море — служил на торпедном катере.

Матрос Астаповский в те редкие дни, когда оказывался на суше, несколько раз выходил и на футбольное поле, выступал за команду своей части. Но это действительно бывало очень редко. А спортом — вы слышали когда-нибудь, чтобы моряк да не был спортсменом?! — Владимир вообще занимался активно, и все это скажется, когда он станет мастером футбола. В составе сборной части по гандболу он играл центровым. Странно, что не вратарем? Меня это тоже удивило, но для гандбольной команды был важен его сильный бросок рукой, было важнее, чтобы он забивал голы. И он забивал.

Его спортивное дарование раскрывалось все полнее и не могло долго оставаться незамеченным. Астаповского переводят по службе на берег, где больше возможности тренироваться, а в 1967 году — настал час — приглашают в команду мастеров — в Севастопольский спортивный клуб Краснознаменного Черноморского флота…

Но здесь я обязан сделать отступление, потому что пригласил Володю в эту команду не кто-нибудь, не просто тренер-специалист, подметивший молодого способного голкипера, а заслуженный мастер спорта Владимир Никаноров— один из основоположников советской вратарской школы.

Понаблюдав за Астаповским, Владимир Николаевич искренне удивился: «Как могло случиться, что такой талантливый вратарь до двадцати одного года оставался не замеченным нашими футбольными специалистами? Ведь в этом возрасте он уже мог бы и в сборной СССР дебютировать». Никаноров-то не знал того, что мы с вами уже знаем, — что футбол пока еще не был для Астаповского всепоглощающим увлечением в жизни.

Знаменитый в прошлом мастер так и не успел поработать с новичком. Пригласив его, он покидал команду, переходил на другую работу. И не знал, конечно, тогда — мог предполагать, но точно не знал, — что он нашел вратаря, который в скором времени станет не только игроком основного состава ЦСКА, но и лучшим вратарем страны, призером Олимпийских игр, что именно этот молодой человек словно бы понесет в своих сильных, мускулистых руках с мозолистыми ладонями и узловатыми пальцами незримую эстафету славных поколений советских вратарей.

Только вдумайтесь, какую символику рождает наша жизнь! В тот далекий 1946 год, когда в трудовой семье брянского рабочего родился сын Володя, другой Владимир, вратарь Никаноров, стоявший на пороге тридцатилетия, с блеском защищал ворота команды ЦДКА, которая в тот памятный для себя год — счастливый для всего нашего народа, первый послевоенный год! — впервые в истории клуба стала чемпионом СССР.

И пока маленький Володя делал свои робкие, еще нетвердые шаги по земле и, как все малыши, норовил пнуть ногой резиновый мячик, Владимир Никаноров вместе с друзьями-партнерами — легендарными одноклубниками Григорием Федотовым, Всеволодом Бобровым, Валентином Николаевым и другими — шел уверенным, твердым шагом от победы к победе.

А двадцать лет спустя, когда уже седина посеребрила виски пятидесятилетнего тренера, жизненные пути двух вратарей — прославленного и начинающего — пересеклись, и старший дал младшему путевку в футбольную жизнь.

Нетрудно представить себе те чувства, что испытал Владимир Николаевич Никаноров, наблюдая за игрой полного сил и переживавшего пору расцвета тридцатилетнего Владимира Астаповского, который сейчас, также как Никаноров в сорок шестом, несколько раз в месяц выбегает на поле с партнерами в красных футболках и занимает место в воротах.

…Футболистов-севастопольцев начал тренировать Михаил Ермолаев, в прошлом центральный защитник ЦСКА, выступавший в команде в течение пяти трудных сезонов, трудных потому, что это был период нового становления коллектива. У Ермолаева Астаповский и прошел основной курс обучения. Увидев, с каким самозабвением трудится молодой голкипер, как жаждет он поскорее восполнить пробелы в своем вратарском образовании, как он готов работать без отдыха, лишь бы постичь все тайны мастерства, старший тренер СКЧФ стал уделять вратарю особое внимание — и в командных занятиях, и на индивидуальных тренировках.

Так продолжалось два долгих года. Сотни часов изнуряющей, до седьмого пота работы. А в начале шестьдесят девятого года — первые плоды: тренер и футболист имеют право сказать, что многое сделано — Астаповского приглашают в ЦСКА.

Теперь уже он не считает, что футбол в его жизни нечто второстепенное. В сильнейшей команде Советской Армии он — единственный представитель Военно-Морского Флота. И нет раздвоения в душе: вратари, как и матросы, всегда сражаются до последнего.

В сезоне 1969 года он не провел ни одного матча за команду ЦСКА, даже за дубль: у армейцев было два опытных вратаря — Юрий Пшеничников и Леонид Шмуц, они играли и в основном составе, и в дублирующем. А Владимир упорно тренировался, не позволяя отрицательным эмоциям («не играю, мол, так и к чему бессмысленный труд») взять верх, не испытывая даже разочарования, а только удовлетворяясь тем, что его мастерство совершенствуется. Он учился у Пшеничникова и Шмуца, работал все с большей и большей настойчивостью.

Те, кто привыкли видеть в спортивных соревнованиях только их конечную цель, для кого всего важнее призы и награды, а не путь к ним, до сих пор считают Астаповского невезучим. И слишком поздно, говорят, он попал в команду мастеров, и дебют его состоялся не так скоро, как у других бывает, и не был тот дебют таким уж ярким, запоминающимся, впечатляющим. Да и в год дебюта ему не повезло: в сезоне 1970 года, золотом, чемпионском сезоне ЦСКА, несколько матчей не хватило провести Астаповскому в основном составе, чтобы получить право на медаль.

А он тогда и не подсчитывал матчи, и о медали не думал. Он все еще считался третьим вратарем, выступал главным образом за дубль. Но с десяток встреч сыграл и в основном составе.

Свой третий сезон в высшей лиге он уже провел как первый, основной вратарь ЦСКА, хотя и Пшеничников, и Шмуц еще были в команде и тоже участвовали в нескольких матчах. Но Астаповский играл лучше и, если можно так сказать о членах одного коллектива, победил своих коллег в открытой спортивной конкуренции. И это была прежде всего победа характера.

Вратарская должность необычная. Каждый тренер мечтает иметь в команде двух, как минимум, равноценных, равносильных, равно уверенных в себе вратарей. Но ведь играть может только один из них, а другой должен терпеливо ждать своего часа. Если же они будут выступать по очереди, то оба могут выйти из формы.

И вот когда приходится ждать, все зависит только от твоего характера. Ждать и работать, и всегда быть в форме. Всегда, чтобы выйти на поле в любой момент и не подвести.

Сколько примеров дала нам футбольная жизнь, примеров того, как не выдерживали вратари испытания временем. Приходил их час, а они оказывались неготовыми к испытаниям, и этот час становился для них последним часом. Разные бывают характеры: у кого-то от долгого ожидания опускались руки, кто-то переставал работать, и необходимость выйти на поле в ответственную минуту заставала его врасплох. У Владимира Астаповского характер оказался крепким. Морской характер у этого вратаря. Ему повезло и в том, что руководили его подготовкой в ЦСКА люди, которые знали цену не только мастерству, но и характеру. Он пришел в команду при В. Боброве, затем четыре сезона — годы окончательного формирования и утверждения в основном составе— его тренировал В. Николаев. Многое дали Астаповскому и занятия под наблюдением А. Тарасова, который сперва не поверил в него, но, убедившись в его исключительной преданности делу и поразительной работоспособности, помог окрепнуть и физически, и в волевом отношении.

Говорил когда-то Пшеничников, что по-настоящему он сформировался как вратарь потому, что долго выступал в команде невысокого класса, в ташкентском «Пахтакоре», где не было сильных защитников, и поэтому на голкипера падала большая нагрузка.

Примерно в таком положении оказался и Астаповский. Его лучшие годы проходят в период, когда армейские футболисты не показывают подлинно классной игры, не борются за самые высокие места. И Астаповский в ходе матчей все время в действии, в работе, без передышки, без спокойных минут. Он выручает партнеров в каждом матче, часто выручает в ситуациях, о которых принято говорить как о безнадежных. Но сколько уже раз он всем доказывал, что они, значит, не были безнадежными — ведь он спасал команду от голов. А может быть, вообще не бывает в спорте безнадежных ситуаций? Если борешься до конца, делаешь все, что можешь, и даже чуть-чуть больше того, что можешь.

Точно так же он играет в сборной СССР, путь в которую для него оказался тоже непростым. Хотя, по общему мнению специалистов и журналистов, Астаповский уже два сезона подряд был, бесспорно, лучшим вратарем страны, бывший тренер сборной В. Лобановский придерживался иной точки зрения. Фактически Астаповского включили в олимпийскую сборную только под давлением спортивной общественности. И какую огромную пользу он принес нашей команде на Олимпиаде в Монреале! Наша сборная — сейчас это уже ясно всем — оказалась плохо подготовленной к олимпийскому турниру, и, как свидетель матчей на Олимпиаде, я с полной ответственностью могу утверждать, что, если бы не блестящая игра Владимира Астаповского, наши футболисты вообще вернулись бы из Монреаля без медалей. Так что по праву среди спортсменов, отмеченных наградами Родины за отличное выступление на Олимпийских играх, есть и — единственный из футболистов — Владимир Астаповский, удостоенный медали «За трудовое отличие».

К игре Астаповского, заслуженно признанного по итогам сезона 1976 года лучшим футболистом страны, с особым вниманием присматриваются и тренеры, и молодые вратари. Не только потому, что он лучший. Есть, мне думается, и еще одна чрезвычайно важная для нашего футбола причина. По-моему, интересно о ней поговорить, хотя носит она несколько теоретический характер.

Дело в том, что в рамках нашей вратарской школы на протяжении многих лет просматривались как бы два направления. У одних вратарей, таких, как А. Хомич, А. Леонтьев, Л. Иванов, Б. Разинский, В. Банников, Ю. Пшеничников, А. Прохоров, В. Пильгуй, манера игры яркая, внешне выразительная. Если и допускается ошибка в выборе места, то она компенсируется прыгучестью, реакцией, редкостным броском. Иная манера у таких вратарей, как А. Акимов, В. Никаноров, Л. Яшин, Р. Урушадзе, В. Беляев, Е. Рудаков, Н. Гонтарь, основанная прежде всего на точном выборе места, лишенная картинности и внешне неброская: прыжок совершается только тогда, когда уже другого выхода нет.

Оба эти направления взаимно обогащали друг друга, способствовали развитию и одновременно прочному утверждению нашей вратарской школы. Так вот, на мой взгляд, Владимир Астаповский словно бы синтезирует в своей игре лучшие черты обоих стилей, во всяком случае он близок к тому, чтобы объединить их в своей манере.

 — Я еще нередко ошибаюсь в выборе места, — говорит он, —но все время стараюсь больше передвигаться в воротах, развивать чувство позиции. Ставлю себе задачу играть без прыжков, рассматривая прыжок лишь как крайнее средство. При этом много работаю над прыгучестью, шлифую технику. И еще взял себе за правило: чем старше становлюсь, тем больше работаю. Только так можно продлить свой футбольный век.

Для вратаря очень важно взаимопонимание с защитниками. А линия обороны ЦСКА постоянно, может быть, даже чересчур часто, обновляется, и это ставит перед Астаповский новые задачи. Вратарь ведь должен руководить защитниками, но не подсказывая безостановочно, а только вовремя и по делу давая быстрые конкретные советы. Так что он в ответе не только за свою игру, но и за игру всей обороны команды.

…Слушатель 4-го курса Военного института физической культуры, мастер спорта международного класса, старший лейтенант Владимир Астаповский, получив высшее образование и завершив выступления на футбольных полях, возможно, станет тренером. И тогда передаст ученикам не только собственный опыт, но и все, что приобрел у тренеров, помогавших ему самому вырасти в большого мастера. Передаст эстафету дальше.

1977 Автор: Валерий Винокуров

• источник: www.bobsoccer.ru

Быстрая и бесплатная служба доставки новостей

Подписывайтесь на наш канал «CSKA.INternet» в Telegram или
установите себе наш виджет на Вашей странице Яндекса
Оставить первый комментарий
Сейчас обсуждают