Сергей Шустиков: «Человек, которого я считал близким, меня предал»

Во вторник днем на Sports.ru был опубликован отрывок из огненного спича Василия Уткина на «Эхо Москвы»: в нем он говорил, что тренера Сергея Шустикова уволили из ЦСКА за алкоголизм, что его бросила семья и что его надо срочно спасать. Спустя несколько часов в редакцию Sports.ru позвонила возмущенная жена Сергея — Наталья. Уже через пару минут я общался по телефону сначала с ней, а затем и с ее супругом. На этом наш разговор не закончился.

Днем среды мы встретились с семьей Шустиковых в «Старлайте» и полтора часа говорили о том, что происходит в сегодняшнем ЦСКА. Многое из этого разговора по просьбе Сергея не вошло в финальную версию интервью. Впрочем, и то, что вошло, даст вам более-менее ясное представление о том, почему Сергей Шустиков больше в ЦСКА не работает.

«Я в шоке. Какое право он имеет трогать мою семью и моих детей?» Сергей Шустиков отвечает Василию Уткину

— Я скажу так: либо Вася был не в себе, когда говорил эту хрень, либо его попросили так обо мне сказать. Кроме одного человека, больше никто попросить его не мог.

— Кто же этот один человек?

— У меня нет доказательств, поэтому я не буду говорить вам это под запись. Сейчас я скажу, но не под запись.

Диктофон отключается.

Диктофон включается.

— Кроме него эта хе##я никому не была нужна.

— Хорошо. Я включил диктофон, теперь спрошу под запись. Несколько месяцев назад вы были уволены из ЦСКА. Были ли у вас конфликты с кем-то из сотрудников клуба?

— У меня ни с кем нет конфликтов. Я утром встаю и рад, что проснулся. У меня все хорошо, понимаешь, и я всю жизнь так живу. Я не обращаю вниманию на плохую погоду, сам себе настроение поднимаю и всем остальным. Просто в какой-то момент, наверное, он посчитал, что я ему уже не нужен. Я не знаю — почему. И я, честно говоря, не хочу сейчас о нем говорить. Я его забыл. Его для меня уже не существует.

— То есть, если завтра вы встретитесь с Леонидом Слуцким на улице, вы с ним не поздороваетесь?

— Нет, ну поздороваюсь, это воспитание. Если ты встречаешь знакомого — ты с ним здороваешься. Но я такой человек, что мне не нужно общаться с людьми, с которых я могу что-то поиметь. Если мне человек нравится — я общаюсь. Если не нравится, но в будущем он мне может пригодится — я все равно не буду общаться. А на клуб у меня никакой обиды нет. Ушел и ушел. Мне просто неприятно, что человек, которого я считал близким, меня предал. Вот и все.

Я еше хочу сказать про Васю. Он же сказал, что типа хочет мне помочь. И потом выпустил эту хрень. Вчера моей дочке звонит парень из института и говорит: «Ну что, надо помочь вам?». А там ведь выдумано абсолютно все! И так преподнесено еще, как будто я в России один алкоголик остался. Понимаешь, у меня на протяжении всей жизни такая хе##я.

— Какая?

— Меня постоянно обвиняют в чем-то. Это первый раз, когда я пишу оправдательную статью. Я никогда не оправдывался. Потому что я живу нормально, как меня воспитали. Я никому плохого не делаю. Если есть возможность — я помогу. Я позитивный человек. Я просто живу. Зачем надо было все это поднимать?

— Погодите. Так в чем вас обвиняли всю жизнь?

— Ну, например, писали, что я всю жизнь пью, байки какие-то сочиняли. Я не говорю, что я идеальный, что не пью, не курю. Курил, выпивал, как нормальные люди. Но если что-то и было, то не больше всех остальных. Знаешь, у меня такое ощущение, что они думают: «Епт, когда же он, б##, сопьется и умрет. Надо доконать его». И всю жизнь тыкают и тыкают: «Блин, а он все равно улыбается. И все равно ему все пофиг. Когда же он, б##ть, сдохнет».

Понимаешь, у меня сейчас нет работы. Но у меня с семьей и жизнью все нормально. Я играю в большой теннис и бегаю по утрам. Я не спиваюсь и не умираю. И жена не ушла, и с детьми все в порядке. Мы отцу и матери не рассказывали про всю эту историю. Но представь, если они это на сайте прочитают. Они меня, конечно, каждый день видят и знают, что все у меня нормально. Но это же все равно не приятно. С какого х#ра он все это залепил?

Наталья: Я со своим мужем живу 23 года, в мае будет 20 лет со дня свадьбы. Это идеальный мужчина.

Сергей: Еще есть вещи, о которых я не могу рассказать. Я их знаю, но это будет по-свински. Если я все это расскажу, это будет очень жестко.

— Окей, оставим эту тему. Вернемся в начало года. Как вы узнали о том, что вы больше не работаете в ЦСКА?

— Я так думаю, что решение они принимали очень долго. Я раз был у Гинера, два был у Гинера. Все это перед сборами в начале года. Меня никто не увольнял, но в конце концов, я понял, что решение уже принято.

— Как вы это поняли?

— Я написал заявление.

— Вас попросили написать заявление?

— Естественно. Написал, что ухожу по собственному желанию.

— Вы спрашивали, почему вас просят уйти?

— Я не спрашивал.

— Почему?

— Я попросился к Евгению Ленноровичу. Мы с ним поговорили, я все понял и пошел писать заявление.

— О чем вы говорили?

— Под запись я не скажу.

— Почему?

— Ну… Мне сказали, что будут за мной следить. Пока я могу заняться чем-то другим, а в клубе будут за мной следить. Это все, что я могу сказать.

— Так почему вас уволили? Вы начали работать хуже?

— Я ж тебе еще раз говорю: я не идеальный. Найти причины уволить меня они могли.

— Какие причины?

— Я ж объясняю, причины можно найти у любого. В разговоре с Ленноровичем было так: «Ты можешь заниматься сейчас собой, искать новую работу, а я буду за тобой следить. Если все будет нормально, посмотрим, как ты себя будешь чувствовать, может быть, вернемся к разговору о возобновлении контракта».

— Вы удивились своему увольнению?

— Сначала я не понимал ситуацию. Потом мне разъяснили.

— Кто разъяснил?

— Ну, мне подсказали, а потом я додумался сам, что на данный момент я ему уже не нужен.

— Гинеру или Слуцкому?

— Пф-ф-ф, да какая разница Гинеру, кто помогает Слуцкому.

— Почти одновременно с вами из ЦСКА ушел спортивный директор Антон Евменов. По-вашему, это связанные события?

— Я не знаю, Антон — это совсем другое дело.

— Я к тому, что два человека давно работали в клубе и почти одновременно ушли.

— Когда я пришел и спросил про Антона, мне сказали, что он написал заявление и ушел. Почему — я не знаю. Знаю только, что был какой-то конфликт.

— Это правда, что некоторые сотрудники ЦСКА недолюбливали Евменова?

— Я не знаю, я с ним общался по игрокам абсолютно нормально. Я тебе могу честно сказать: за четыре года в ЦСКА я в клубе был раз пять-шесть, наверное — когда меня вызывали. Все остальное время: тренировка — дом. Клубные работники сидят в клубе, а мы там редко бываем. Ну и опять же: у меня врагов вообще нет.

— Ну теперь есть, как минимум, один — в ЦСКА.

— Да какой он враг. Он трус. Он боится меня. Ты представляешь, если я сейчас расскажу тебе все, что я о нем знаю. Но я не буду этого делать. Рассказывать, как мы с ним начали работать… С моей стороны это будет некорректно. Я лучше буду недогововаривать. Я не идеальный. Просто я думал, что человек относится ко мне хорошо, а получил нож в спину. Наверное, он решил, что у него повысился статус. В какие игры они там играют, я не знаю. Но знаю, что если бы он захотел, меня бы не уволили.

— Какие вообще у вас были обязанности в ЦСКА?

— Я делал подборки по соперникам. Делал подборки по нашей игре — какие были ошибки, какие были позитивные моменты. Естественно, принимал участие в обсуждениях по игрокам. На тренировках все квадраты, все игровые упражнения — этим занимался я. Вместе с физиком проводил разминки. Ну и иногда ездил на какие-то просмотры — например, смотреть соперника. А, и еще смотрел дублирующий состав.

— Как вы взаимодействовали со Слуцким?

Наталья: 24 часа в сутки они общались.

Сергей: Ну раньше, бывало, он даже ночью звонил — после Лиги чемпионов, например. В последнее время такое случалось реже. Считался ли я вторым человеком в команде? Ну, чего я буду такое говорить — еще Савельича (Виктора Онопко — Sports.ru) обижу. Понимаешь, мы со Слуцким столько лет работали вместе. Когда он ушел из «Москвы», я остался в клубе еще на месяц. Потом он позвал меня в «Крылья». Позвал бы в Ярославль — я бы пошел. Позвал бы еще куда — я бы пошел. Мне пофигу было. Я шел с ним работать, потому что я чувствовал, что от меня что-то зависит. От моей работы что-то зависит. Я мог остаться в «Москве», но я не хотел. Я шел помогать Слуцкому — везде и всегда.

— Вещь, которой вы у него научились?

— Научились? Понимаешь, он очень хорошо контактирует с руководством… Он знает, как поговорить. У него хорошо подвешен язык, он же кандидат наук. Этому я не могу научиться.

— Окей, спрошу так: по-вашему, кто кому был нужнее? Вы Слуцкому, или Слуцкий — вам?

Сергей: У него спросите.

Наталья: Можно я скажу? Мне в Самаре он сам лично говорил…

Сергей (перебивая): Ну не надо. Не надо это говорить. Все, что он говорил — в прошлом. Понимаешь… Ох. Ну не могу я это сказать. Переруби диктофон на секунду, я тебе объясню.

— Не могу. Вы же знали, с кем встречаетесь. Это интервью.

— Я могу сказать однозначно: я всегда ему помогал. Когда ему было х##ово, я его поддерживал. Когда его только поставили, над ним журналисты смеялись. А сейчас некоторые из них его друзья. Я этого вообще не понимаю. Но я для него всегда все делал.

— По-вашему, за последние четыре года он изменился?

— Он стал делать вещи, которые раньше бы никогда не сделал. Ну или я просто тогда так считал.

— Какие вещи?

— Он может перешагнуть через человека. Поменять номер телефона, перешагнуть и забыть.

— Вы приведете хоть один пример под запись?

— Вот перед тобой сидит пример.

— Есть мнение, что у Слуцкого не хватает авторитета. Как считаете вы?

— Я не хочу говорить, хватает ли у него авторитета или нет. Если он будет читать эту статью, могу посоветовать на будущее: надо уметь требовать с футболистов — и не важно, играют ли они в сборной или в молодежном составе. Остальные задатки для того, чтобы быть нормальным тренером, у него есть.

— В футбольном плане вы со Слуцким — единомышленники?

— Мы долго с ним работали, значит, понимали друг друга. Но он, конечно, тактик. Теория — это его, он назубок все выучил. Я не теоретик, я практик. Я вижу что-то — и говорю. Тактическая работа мне не особо интересна.

— Все, кто смотрит матчи ЦСКА, замечали: Слуцкий консультируется с вами по поводу АБСОЛЮТНО каждой замены. Это какая-то формальность или он действительно спрашивал ваше мнение?

— Ну смотри. Почему я всегда стоял отдельно, на другой стороне? Потому что на скамейке постоянно отвлекают доктора, тренеры. А тут я стою и смотрю футбол, мне никто ничего не говорит. Потом меня подзывает, спрашивает: «Как ты считаешь?» «Я думаю так». «Давай сделаем замену». Это нормально. Главный тренер сидит, нервничает во время матча. А так — спрашиваешь еще одного человека, если сходитесь во мнении, все хорошо.

— Бывший игрок «Динамо» Валерий Маслов сказал: «Слуцкий — карманный тренер Гинера. Вот мы все кричим, что это русский Моуринью, русский Моуринью! Да не смешите вы. Какой он Моуринью, там Шустиков всем заведует, а Слуцкий его не отпускает от себя».

— Ну вот видите, отпустил сейчас, хех. Просто я человек, который получает удовольствие от работы. Деньги — это хорошо, согласен. Но я работаю в удовольствие. Я получаю удовольствие о того, что мы делаем замену, и она удачная. У меня плохое настроение длится две секунды. Я и обижаюсь так же. Пять минут проходит — и я остываю. Вот даже в этой ситуации с Васей. Она говорит: в суд, в суд. А я думаю: да нахрен этот суд. Опять затянется все, мне просто неохота. У меня вот как-то с карточки деньги украли, и надо бы было подать в суд. Но мне неохота!

— Много украли?

— Ну нормально.

— Сколько зарплат?

— Прилично украли. Знаешь, сфотографировали карточку и расплатились в интернет-магазине. Закупили навигаторы. Их потом поймали, в милицию меня вызывали. Но деньги не вернули, и я плюнул. Мне неохота, мне неинтересно… Про что ты вообще спрашивал-то меня?

— Про Маслова и Слуцкого.

— Ну вот, ты спроси его [Слуцкого]. Я вот посмотрю, как он сейчас ответит. Понимаешь, всегда можно человека за##рачить грязью. Я вот не хочу так поступать. Если бы я тебе сейчас надиктовал все, что я знаю, ты бы охе##л просто. Над ним бы смеялась вся Москва. Но я не буду этого делать.

— Ох.

— Понимаешь, ладно уволили меня. Но меня хотят растоптать. Вот, кстати, про Маслова. Маслов сказал, еще кто-то в «Спорт-Экспрессе» написал потом, на радио, по-моему, Ловчев говорил. Это все вывело его из себя, наверное. Мне-то все равно. Команда выигрывает — и отлично.

— Раз уж вы вспомнили про Евгения Ловчева: он был одним из тех, кто особенно активно критиковал Слуцкого после матча «Крылья Советов» — «Терек». Многие уверены, что тот матч был договорным. Вы тогда работали в «Крыльях».

— Я могу сказать, что Слуцкий там был вообще ни при чем.

— То есть, этот матч был договорным?

— Нет, этот матч… Я не буду ничего говорить, но Слуцкий ни при чем.

— А кто при чем?

— Ха-ха-ха.

— Я не понимаю, чего вы боитесь? Прошло сто лет. Как это ни печально, но всем на все плевать. Чего вы боитесь?

— Ты спросил, кто при чем? Смотри (поднимает руку, указывает на потолок).

— Лампочка при чем?

— Кто у нас самый главный? Из его кругов.

— Прекрасно. Резко сменим тему: чем вы занимались после декабрьского матча с «Викторией»?

— После «Виктории»? Был в аэропорту. На следующей день прилетела моя жена, и я улетел.

— Что происходило в команде? Был ли траур?

— Команда приехала в аэропорт и улетела.

— То есть, особенно не горевали?

— Я не знаю, как они вели себя в самолете.

— Для вас это поражение было удивительным?

— Нет.

— Почему?

— Потому что неудивительно.

— Хорошее у нас интервью.

— Я могу объяснить. Винить главного тренера — нельзя. Нельзя играть с командой, когда у тебя один человек полгода болел, второй скоро едет в другой клуб, третий может играть только 30 минут. На сто процентов команда не была готова.

— После матча вы заходили в раздевалку?

— В раздевалку?

— Да, в раздевалку. Как там вообще было?

— Да обычно.

— Это правда, что…

— Слышал.

— …что был какой-то конфликт в раздевалке?

— Слышал, но я не хочу об этом говорить.

— Ну давайте я скажу. Я слышал, что двое игроков ЦСКА чуть не избили Ахмеда Мусу.

— (пауза) Я ничего не знаю.

— Хорошо. Еще я слышал, что после того матча Леонид Слуцкий написал заявление об отставке. Это правда?

— Это их дела. Ты же понимаешь, сколько раз он такое заявление подавал.

— Стало традицией?

— Я не удивлюсь, может, он и подавал. Может, и нет, не могу сказать точно.

— Наконец, я слышал, что перед тем самым матчем в Чехии, вы сильно выпили. Это так?

— Может быть. Я не знаю.

— Понятно. В таком случае сменим тему еще раз. ЦСКА идет на пятом месте в чемпионате России. Чем закончилась Лига чемпионов, вы знаете. Меньше года назад ЦСКА взял все титулы в стране. Что случилось с командой?

— В том году, когда все выиграли, команда совершила подвиг. Это было на самом деле чудо. Когда у тебя 13−14 здоровых человек в обойме, выиграть все — это подвиг, характер. Наверное, сверху нам помогли.

— На всякий случай уточню: вы сейчас про бога или про кого-то еще?

— Ха-ха, про бога.

— Тысячи болельщиков ЦСКА вскипели, когда ушел Вагнер Лав. Как оцениваете этот трансфер вы?

— Нормально. Он столько лет тут играл, ему надо было поменять обстановку. Есть игроки, которым комфортно всегда играть в одном клубе. А другие закисают, переходят в другую команду, и снова раскрываются. По мне, Вагнер заслужил, чтобы его отпустили. Он хороший игрок. Если у него нет хандры, он в порядосе.

— Что скажете об уходе Хонды?

— У него отличная голова и сумасшедшая левая нога. Единственное — он считает, что все знает. А его нужно постоянно держать в кондициях. Игрок он хороший. Был бы еще побыстрее — был бы вообще сумасшедшим.

— ЦСКА потерял Вагнера и Хонду и приобрел Цубера и Витинью. По-вашему, это равноценная замена?

— Ты же знаешь трансферную политику ЦСКА: клуб покупает игроков до 25 лет. Я тебе могу сказать: я смотрел и Витинью, и Цубера. Ты бы видел, что Витинью вытворял в Бразилии. Мы думали, что покупаем звезду. Единственное, я сказал, что он более индивидуальный игрок и похуже в подыгрыше. Обыграть одного-двух, пролезть — фантастика. Впечатления были сумасшедшими. Цубера мы тоже смотрели в Швейцарии — выглядел очень прилично: редко терял мяч, закручивал в дальние углы правой, раздавал передачи. Мне кажется, их проблема в том, что они чуть-чуть скованы. Здесь они пока не могут себя найти, не могут адаптироваться.

— Есть мнение, что Игорь Акинкеев, так и не попробовавший свои силы в Европе, как минимум, остановился в развитии. Как максимум — регрессировал. Как считаете вы?

— Игрок сам решает, где продолжать карьеру. Если бы он хотел уехать, он бы уехал. Я понимаю его. Зачем ему ехать? Он воспитанник клуба, у него неплохой контракт.

— Неплохой?

— Ну нормальный, хороший. Он посчитал, что, наверное, лучше всю жизнь отыграть в ЦСКА. Думаю, потом он продолжит работать в клубе. А по поводу игры: у него была серьезная травма. Потом повторная. То, что Акинфей — один из самых талантливых вратарей — никто не спорит. Когда он спокоен, забить ему невозможно. Когда его чуть-чуть что-то раздражает — тогда можно. А что ты имешь в виду, говоря, что он остановился в развитии? Что он должен был прогрессировать-прогрессировать-прогрессировать и потом на шесть метров начать прыгать? В каждой игре есть моменты, когда он тащит сумасшедшие мячи. Ошибки бывают у всех, уровень он держит. И не забывай про травмы. Он сейчас опять был в Германии — кажется, чистили колено.

— Уже много лет все говорят: Акинфеев стал меньше прыгать.

— Я люблю вратарей, которые играют так: если надо прыгать — они прыгают; не надо — не прыгают, а перемещаются и без прыжка берут мяч. Если можно сыграть ногами, надо отбивать ногами. Ты думаешь, он выходит на поле и думает: да ну нахрен, что-то я устал прыгать? Это несерьезно.

— Самый талантливый игрок, которого вы видели в ЦСКА за эти четыре года?

— Конечно, Вага хороший. Эльм хороший — передачи, все дела. Хонда опять же. В ЦСКА очень хорошие игроки. Возьми Васю Березуцкого. Он играет, как нас учили в старой школе: отнял — отдал, и всегда со своими. У него отличная передача, игра головой. По мне, он лучший защитинк. Он эмоциональный, злой. Если бы он еще захотел показать себя больше, то он мог бы вообще… не знаю.

— По-вашему, сколько еще лет оборона ЦСКА сможет играть на высоком уровне? Или вы уже видите спад?

— Вспомни, сколько в «Милане» играла защита. Если у тебя нормальная голова, до 35 ты спокойно можешь играть. Если у Игнаша, Васи, Лехи все будет хорошо со здоровьем — дай бог — они еще попылят.

Кстати, может, перекусишь что-нибудь? Бутерброд какой-нибудь, бургер? А то потом завалишься где-нибудь, и на меня все свалят. Вася скажет: убил человека.

— Нет, спасибо. В одном из интервью вы говорили, что тренеру нужно уметь разряжать обстановку. В 2011 году у Слуцкого был серьезный конфликт с Аланом Дзагоевым. Как вы рязряжали обстановку тогда?

— Этот конфликт длился две минуты. Пока он шел с поля и орал. Еще тридцать секунд на лавке поорал, а потом носился с пуфом по раздевалке, танцевал, плясал.

Вот, кстати, ты спрашивал про талантливых игроков. В «Москве» у нас играл Баррьентос. Я считаю, что это вообще один из самых талатливых легионеров, который играл в России. Я его первый раз увидел в записи, посмотрел 10 минут и позвонил Слуцкому: «Викторыч, это фантастика». Какая у него голова! Он нихрена не понимал, что ему говорили про тактику, но выходил на поле и играл именно так, как было нужно. Когда он первый раз приехал на тренировку, я удивился: думаю, не его, а кого-то другого смотрел. Он выходит, гетры спущенные, весь расхлябанный — сейчас упадет, и все. А игра начинается — он убегает, отваливается и выдает передачу 1-на-1! Но самое главное: когда он уходил с поля, он крушил все. А через две минуты ты входишь в раздевалку — он сидит и улыбается.

То же самое и с Дзагоевым. Это нормально, бывает.

— Многие решили, что у Дзагоева — звездняк.

— Да какой звездняк. Они все нормальные, адекватные ребята.

— В матче с «Викторией» Дзагоев подвел ЦСКА. Его характер мешает его игре?

— Вспомни, как он играл за сборную. Это фантастика. Единственное — ему всегда надо думать и держать себя в руках. Когда он играет как надо — отдает, бьет, обыгрывает — все великолепно. Он может отдать любую передачу. Срывы — бывают. В Европе тоже были Кантона, Гаскойн, другие эмоциональные люди. Судья свистнул — Дзагоев закипел. Пытались ли говорить? Я думаю, это бесполезно. Он же не планирует заранее закипать. Во время игры это секунда.

— Когда команда проигрывает и «Баварии», и «Ман Сити» и «Виктории», у игроков падает самооценка?

— Ну накидала нам «Бавария», что теперь, заканчивать? Да, мы могли в чем-то сыграть получше, но на данный момент они сильнее. Что, говорить теперь игрокам: «Да вы ни##ра не умеете?» Все старались и хотели победить, это игра. Проиграл — осмыслил — пошел дальше. Если ты сопли распустил — тебе киндык.

Вот играл я в «Расинге». Проиграли какой-то матч. Ребята, испанцы — уникальные люди. Мы идем с поля, они на трибуны смотрят, лицо руками закрывают — типа плачут. Проходит минута, заходим в раздевалку — он уже с бутербродом и кока-колой в душе орет и ржет. Я ему говорю: «Слушай, да ты охе##л, что ли, ты же только что плакал?». А он мне: «Да чего травишь-то, мы отыграли матч, я выложился, сделал все, что мог. Я уже забыл это и живу следующим матчем».

— У Слуцкого бывают эмоциональные речи в раздевалке?

— Конечно. Самая эмоциональная? Помнишь, мы горели 0:2 «Волге» в первом тайме? В перерыве он кричал. Матч мы выиграли со счетом 3:2.

— Вы больше не работаете в ЦСКА, но если у вас будет свободный день, вы пойдете смотреть матч на «Арене Химки»?

— Российский чемпионат я не смотрю ради удовольствия. Я смотрю испанский, английский, итальянский. Даже немецкий не смотрю, хотя, говорят, он сейчас нормальный. И когда я в течении восьми лет делал подборки по соперникам, просто так смотреть чемпионат России я не могу. Я сейчас включаю и через пять минут выключаю.

— Ваш любимый европейский клуб?

— В Испании — «Реал», с детства. Я прямо болею за него. В Англии — «Манчестер» плюс нравится «Ньюкасл». В Италии — «Милан» и «Ювентус». За «Реал» я болею всегда, остальным — симпатизирую. Я вот сейчас нашел старые диски со старыми матчами УЕФА. С «Монако», с «Манчестером», с «Реалом» — посматриваю теперь иногда. В «Расинге» мы, кстати, всегда удачно играли и с «Барсой» и с «Реалом».

— В общей сложности вы отыграли в Испании три с половиной года («Расинг», «Осасуна»). Какие воспоминания у вас остались?

— Испания — это солнце, воздух, мясо, рыба, морепродукты. Ты постоянно с семьей, у нас дочка родилась в Памплоне, она наваррка — в 18 лет может взять гражданство. И отношение к футболу там другое — люди идут с во-о-от такими бутербродами, болеют, у них праздник.

— Почему же вы уехали?

— Контракт закончился, после него мы еще целый год жили, когда ребенок родился. Я ничего не делал. А потом старшая дочь должна была идти в школу, и надо было решать: оставаться навсегда или уезжать? А где работу там искать? Чем заниматься? Поэтому мы вернулись, и я пошел в «Торпедо».

— Жалели потом?

— Да мы каждый год туда летаем, друзей у меня там навалом — и гандболисты, и футболисты. Чего тут жалеть-то? Это жизнь.

• источник: www.sports.ru

Быстрая и бесплатная служба доставки новостей

Подписывайтесь на наш канал «CSKA.INternet» в Telegram или
установите себе наш виджет на Вашей странице Яндекса
11 комментариев
Агонь
Ответить
rasuvaeff
14 марта 2014, в 14:50
0
Вроде бы ничего и не сказал ( повторять как мантру «говорить под микрофон не буду» и с*ать через слово), а в итоге обос*ал прилично и по его же собственным словам «сопли распустил». Так что слова Уткина, конечно, не оправдываю, потому как получилось гадко, но судя по этому вью дело реально не чисто.
Ответить
armi
14 марта 2014, в 16:02
0
Серёга жжот! То что ЛВС- кусок говна, мы и так знаем. Немного напрягает слова Гинера, про «будем следить». Тут уж, на мой взгляд, либо в Клубе не всё ОК, либо сам Сергей-не того…
Ответить
малдер
14 марта 2014, в 16:47
0
думаю, если бы вью было чуть откровенней, то его бы не было, в свет оно не вышло бы… а по Ленчику давно все ясно было… язык и книжки по теории — это его единственные плюсы, кмк…
Ответить
Levsha
14 марта 2014, в 17:52
0
Вы считаете, что сказанные самим Шустиковым слова «мне все равно» вполне соответствует трезвомыслящему? А ответ на вопрос «перед тем самым матчем в Чехии, вы сильно выпили. Это так? — Может быть. Я не знаю.» — разве это не говорит само за себя? Нормальный человек будет так вести себя, а потом как ни в чем не бывало отвечать на вопрос о том, как и что случилось? Как может высококлассный тренер (каковым он себя считает) после проигрыша в матче и вылета с ЛЧ даже не зайти в раздевалку и абсолютно не поинтересоваться, как там с подопечными обстоят дела? Да нет, конечно. В общем хотел обелиться, а получилось все наоборот. О ЛВС я сейчас не говорю. Я только слова Шустикова пытаюсь понять. Жена этого «идеального» мужчины вроде хотела ему помочь, а на деле только добавила грязи.
Ответить
armi
14 марта 2014, в 18:42
0
Во вью очень много эмоций конечно, но скоро по-жизни будет за норму — воткнуть нож в спины другу или брату. Как построить дом, посадить дерево и вырастить сына.
Ответить
армеец-2
14 марта 2014, в 20:23
+1
Думаю, Леонид уделает его в одну калитку на информационном поле
Ответить
cavalo
14 марта 2014, в 20:44
+1
@cavalo, Сейчас 146%, а вот когда ее вышвырнут как штопаного контрацептива из клуба, то на информационном поле его даже интеллектуал Карпин уложит.
Ответить
армеец-2
14 марта 2014, в 20:51
-1
Когда у меня будет много денег, я сниму документальный фильм по этому вью:
«О чём молчит Шустиков»
«Почему Гинеру, „пф-ф-ф, да какая разница“ кто помогает Слуцкому?»
«Слуцкий там был вообще ни при чем»
Ответить
Ramzych
15 марта 2014, в 6:36
-1
Ну не мог же Лёня просто наплевать на человека. С его характером, он был бы первым, кто бы похлопал по влечу Шустикова.
А может Онопко воду мутит? Вон Босса подтянул на подмогу
Ответить
Ramzych
15 марта 2014, в 6:38
-1
Ну, вообще интервью человека, которого реально попросили уити из-за синьки, он ещё этого не понимает, вот и обижен на весь мир и конкретно на Леонида
З.Ы: Ну уткен, конечно, сделал свое дело
Ответить
rasuvaeff
15 марта 2014, в 13:08
0
Сейчас обсуждают