ЕВГЕНИЙ ГИНЕР: ДЕЛАЮ БИЗНЕС В ЧЕРНЫХ ОЧКАХ. И ОЧЕНЬ ЖЕСТКО!

Гинер - человек успешный. Вернее, самый успешный, в российском-то футболе. Но интересен Евгений Леннорович не только достижениями своего ЦСКА, а сам по себе. Как личность. Есть в нем нечто непередаваемое и неуловимое. Наверное, это «нечто» и холодит душу, и не позволяет долго выдерживать его взгляд. Когда Гинер смотрит на собеседника, собеседнику кажется, что его просвечивают насквозь. На этот раз мы предложили Евгению Ленноровичу направить свой неповторимый взгляд внутрь и рассказать о себе. Ну и естественно о футболе, который живет у президента ЦСКА в сердце.

Фатима ГАММИ

О ЖИЗНИ И О СЕБЕ

С ДЕТСТВА ЗНАЛ, ЧТО ЗАРПЛАТЫ ИНЖЕНЕРА МЕНЯ НЕ УСТРОИТ

- Время - его нет никогда почему-то. Господь сделал 24 часа в сутках - не хватает, хотя сделай он их 25 - тоже бы не хватало, - начинает наше интервью Евгений Леннорович.

- Когда-нибудь думали, что ваша жизнь сложится так, что вам и 24 часов в сутки, и семи дней в неделе будет мало?

- А так всегда было! С детства получилось, что надо было зарабатывать себе на хлеб насущный.

- Именно тогда был заложен фундамент того Евгения Гинера, который сейчас беззаботно сидит передо мною в кресле и за тур до окончания чемпионата уже знает, кто получит золотые медали? Ведь говорят, что в большей степени то, как человек реализуется, определяется его детскими годами?

- Знаете, если брать «как говорят», то я, наверное, должен быть очень плохим человеком и сидеть в тюрьме, потому что я рос на улице, родителей у меня не было, воспитывала бабушка. У нас считают, что улица ничего хорошего не прививает, но многие, выросшие по ее законам, стали в итоге хорошими людьми. Хотя, это было еще в Советском Союзе: жизнь заставляла нас трудиться, что-то делать, что-то доставать. Наверное, все это и помогло в итоге тем, кто хотел чего-то достичь, реализоваться в новых условиях.

- Помните свой первый заработок? На что его потратили?

- О, это было настолько давно. Лет тридцать уже, наверное, прошло. Сам заработок помню - это было рублей десять, что ли. А вот на что их потратил, честно, не смогу вспомнить.

- А про учебу в школе сохранились какие-то воспоминания?

- Я сейчас очень сильно сожалею о том, что не учился так, как это, наверное, нужно было, так, как сейчас требую от своих детей. В Советском Союзе тот, кто ремонтировал сапоги или работал в какой-нибудь Рембыттехнике, жил гораздо лучше, чем инженер. И я с детства знал, что 120 рублей инженерных денег меня не устроят. Потому и не стремился к освоению наук.

- Футбол как цель в то время числился в вашем личном уставе?

- Нет, футбол целью тоже не был. Он, конечно, в моей жизни присутствовал, я гонял во дворе с ребятами, в школе играл.

- На какой позиции?

- Расстановка не касалась наших дворовых матчей: там мы играли в дыр-дыр. А когда занимался в футбольной школе «Маяк» (в Харькове была такая при заводе им. Шевченко), выходил на позиции правого защитника. Но таких, как я, - тех, кто просто в свое удовольствие бегал по полю, - наверное, миллионы.

- Так, может, как раз из-за игрового амплуа и не затянуло? Говорят ведь, пока не забьешь гол, футбола не почувствуешь.

- А я забивал, во дворе-то забивал. Целыми днями ведь гоняли мяч - и забивали, и пропускали, и боролись, и играли «школа на школу».

- Свой собственный мяч был у вас?

- Нет, конечно. В мои годы мяч это было нечто такое… богатство, скажем так.

- Зато говорят, у вас был автограф Владимира Мунтяна.

- Нет, автограф я у него так и не взял, не получилось. Был у меня такой товарищ Игорь Руденко, он достал два билета на матч в Киеве, тогда «Динамо» на Кубок кубков играло. Мы добрались на электричке. После игры я очень хотел взять у Мунтяна автограф, два часа простоял у входа, но то ли вышли футболисты с другой стороны, то ли еще что… В общем, не знаю, как так получилось, что мы не встретились. Много лет спустя, когда я Володе это рассказал, он мне надарил автографов массу. Но… Конечно, это уже не то, что тогда хотелось. И все равно Володя Мунтян для меня был замечательнейшим из великого множества замечательнейших футболистов, кумиром всего моего детства.

БЕЗ МАССОВКИ ТОЖЕ ВЕДЬ НЕЛЬЗЯ

- В общем, образование - не цель, футбол - тоже, и так медленно, но верно вы подходите к армии. Многие из нынешних ваших коллег, кстати, будучи в погонах, служили «по хозчасти».

- Нет, в хозчасти меня не числилось. Я служил, дай Бог каждому, практически всего какие-то две недели в учебном полку связи в Харькове. Помню, была там школа прапорщиков. После этого я два года валял дурака, и зарабатывал для воинской части какие-нибудь доски, плитку и всякую разную ерунду. Место моей службы, кстати, было в четырех или пяти остановках метро от дома.

- Рано стали самостоятельным человеком?

- Так жизнь сложилась.

- А когда почувствовали, что вы есть личность? Многие ведь и к старости не успевают ощутить этого.

- Наверное, тогда, когда окружающие и друзья признали во мне лидера, признали, что я мог чего-то достичь. А личность… Мне кажется, все-таки это такой философский аспект. Ведь все люди, по сути, одинаковы: мы рождаемся одинаково, одинаково уходим в землю. Разные только достижения, а это зависит от поставленной цели. Кто-то ставит себе цель стать инженером и достигает ее. И этот человек - тоже личность. Другое дело, если мужик ставил себе задачу, что он будет как минимум гонщиком «Формулы-1», а работает на автобусе - ну тогда, наверное, не сложилась жизнь. Талант, мне кажется, - это поставленная задача и решение этой задачи. Конечно, на виду те, кто, скажем, в Большом театре танцуют приму, а не в массовке, но… И без массовки ведь никуда.

- Вы какие себе задачи и цели ставили в молодые годы?

- Тогда они были очень простыми: чтобы какие-то деньги были в кармане, чтобы мог себе новые джинсы купить и новую рубашечку. Чтобы быть не хуже других!

- У мужчин сравнительная сторона жизни действительно является самым большим стимулом к движению вперед?

- А стимулов много. Конечно, когда появилась семья, когда хотелось, чтобы сын имел все, чтобы супруга ни в чем себе не отказывала - это стало стимулом идти вперед, двигаться. Наверное, когда от папы с мамой упало с неба, ни о чем таком не думаешь. А в нашей стране, если ты смог сделать для своей семьи, для себя, для близких все, чего бы тебе хотелось, - это было достижением.

- Вы смогли?

- Да, я смог. Я свои амбиции удовлетворил давно, еще до футбола. Я смог стать, наверное, порядочным человеком, смог заработать деньги, смог обеспечить семью, смог вырастить сына, о котором тоже говорят, что он неплохой человек. Сейчас выращу еще дочу - и тогда, может быть, во всем буду удовлетворен.

- Успех - это важно?

- Конечно. Человек должен достигать успеха, тогда он будет получать удовлетворение, и он будет счастлив. Без этого, мне кажется, нельзя жить.

- Существует для вас какой-то лимит времени, сил, денег, которые можно вложить в большой успех?

- Я не думаю, что за успех надо отдавать время, деньги и прочее. К нему надо стремиться только работой, преодолением трудностей, тогда цели обязательно достигнешь. Марафонец бежит длинную дистанцию, сколько денег ни заплати - а на машине не подвезут, сколько времени ни потрать - если ты не бежишь быстрее других, не выиграешь. Главное - распределить свои силы и время и прийти к финишу первым. Наверное, и в жизни так.

ЛУЧШЕ ДАМ ДЕНЕГ ПЬЯНИЦЕ, ЧЕМ ПОПРОШАЙКЕ ПО ПРИЗВАНИЮ

- Если расценивать вашу биографию как марафонскую дистанцию, то в ней прослеживаются довольно четкие этапы. Политика достижения победы в малых делах как политика успеха - ваше?

- А нельзя распыляться. Человек, который хочет сразу всего, рано или поздно придет к тому, что это нереально. Только шаг за шагом можно двигаться. Нельзя сразу подойти к подъезду и подняться на пятый этаж: надо зайти в него, пройти ступени, лестничные пролеты и тому подобное. А если ставить себе задачу: вот подойду к дому, и сразу наверх в окно влечу, все будут думать, что ты - идиот. Существуют реалии, и человек, хватающийся за все, никогда не придет ни к чему. Вот мне, когда я заработал денег и построил какой-то бизнес, захотелось ради удовольствия сделать автосалон, а потом компанию по перевозке грузов. Получилось, достиг цели, взялся за другое. Интересно что-то сделать. Потом хочется нового. И это новое, на мой взгляд, нужно. Потому что иначе человек останавливается. Быть довольным только оттого, что зарабатываются деньги - это неинтересно. Человек должен постоянно жить не то что в напряжении - в состоянии движения, желательно поступательного. Вот почему очень быстро стареют старики? Их отправляют на пенсию, они себя не могут найти, кажется, времени - сколько хочешь, а делать-то нечего. Привыкли «встать утром - на завод - вечером к кому-то пойти пообщаться - на выходные пойти с семьей в парк». И вдруг ничего этого не стало. Жизнь остановилась, и человек стареет на глазах.

- Часто задерживаете взгляд на стариках?

- (Пауза.) Знаете, наверное, особое отношение у меня только к старикам и детям: им готов помогать всем, что в моих силах. Категория моего возраста, младше или чуть старше - это люди, которые должны строить свою жизнь сами. Хотя много приходит писем с просьбами, им помогать не люблю. Это неправильно, такие должны работать и стараться всего достичь сами. Здоровый, сильный, не можешь по профессии - иди на вокзал, грузи вагоны. А старики и дети - они беззащитны.

- А то, что среди «стариков и детей на паперти» тоже, как и везде, есть профессионалы, вас не смущает?

- У церквей стоит много несчастных людей, которые ждут какой-то помощи, и их всегда легко отличить от профессиональных побирушек. Они стесняются того, что им подали, что им помогли, что они вынуждены быть здесь. Их видно по глазам. Тем, у кого этого во взгляде нет, никогда не даю. Лучше алкоголику дам, который, как говорят «сейчас пойдет себе бутылку купит». Да и Бог с ним! Лучше ему, чем побирушке, который бродит в стае по одним и тем же местам, вырастает, становится мужчиной и отрезает себе ноги, чтобы в армию не идти и снова побираться. Это - другая категория людей.

- У вас как-то очень солнечно получается рассказывать даже о самых сумеречных сторонах бытия. На ваших жизненных широтах, не бывает плохой погоды? Ведь говорят, что человек - как зонтик, раскрывается только при ее наличии.

- Меня старики учили, что во всем, что происходит, надо искать и оставлять себе только хорошее и теплое. Все плохое и недоброе надо забывать. Наверное, везде не все так идеально, как хотелось бы, но если задуматься о тех людях, которые лежат сегодня в клиниках с тяжелейшей стадией рака, то все наши беды - это мелочи, это ерунда. Надо всегда от этого отталкиваться, думая о том, что, наверное, сегодня кому-то хуже, наверное, есть те, кому тяжелее. Надо быть мужчиной, держаться и терпеть все невзгоды.

УВАЖАЮ ТЕХ, КТО ПОМОГАЕТ МОЛЧА

- К делу, которое поставили на ноги, вы всегда теряли интерес?

-Да, всегда.

- То есть сейчас вам гораздо интереснее покупать машины, чем их продавать?

- Наверное, да. Но покупать, я думаю, всегда интересно, всегда будет хотеться чего-то нового. Вот в этом - поступательное движение, наверное, не остановится ни в какие времена.

- Больше покупать любите себе или окружающим?

- Наверное, если покупаю что-то окружающим, то делаю это по необходимости, а не для того, чтобы доставить себе какое-то удовольствие. Я никогда не делал ничего для того, чтобы потом кто-то сказал «вот именно он это сделал». Такие пиаровские акции не по мне. Наоборот, люблю, когда где-то в чем-то помогаю, и это проходит тихо, и как можно меньше людей об этом знают.

- Почему? Потому что, как говорят, от огласки благодать уходит?

- Чем больше отдашь, тем больше Господь Бог даст тебе. Никогда нельзя жадничать. Бог всегда все увидит и воздаст. Не люблю, просто не люблю, когда об этом говорят. Кто-то хочет рассказывать о том, что делает для стариков какие-то дома, ночлежки строит, и это право этих людей. Но я считаю, что человек должен делать только для тех, которым делает, а не для публики. Вот у меня есть один близкий друг, который очень много помогает людям, но я нигде никогда и ни от кого не слышал, что он занимается благотворительностью. Никогда. Поэтому очень уважаю его.

- Есть две одинаковые по составу лингвистические формы с разным значением: «много друзей не бывает» и «друзей много не бывает». Вам какая ближе?

- Я считаю, что друг - это такая стадия отношений, в которую «много людей» действительно не попадает. Друг - это тот человек, который и в хорошие, и в плохие времена рядом и действительно думает и волнуется о тебе, готов переживать то, что сегодня у тебя происходит, будь то радость или, наоборот, несчастье. Если на каком-то этапе встречаешь еще кого-то, кто становится новым другом - это большое счастье. Опять же спасибо за него Господу Богу, который как-то свел пути людей, шедших абсолютно разными дорогами, на абсолютно разных уровнях. Иногда думаешь, а как же встретились-то? А так сложилось.

- Радости создают окружение человека, а ненастье его рассортировывает. Вам свою полочку с друзьями, знакомыми, приятелями, часто приходилось приводить в порядок?

- Меня как-то учили люди старшие, что всегда на жизнь надо смотреть в черных очках. И лучше извиниться потом перед человеком, что ты не видел того светлого, что в нем есть, негативно думал о нем, чем разочароваться. Когда следуешь этому совету, меньше ран на сердце, и рассортировывать ничего не приходится. Друзья или есть или их нет. А рассортировать можно только товарищей, знакомых и приятелей. Черные очки надо снимать перед человеком только тогда, когда четко знаешь, что они в отношении него несправедливо надеты. А всегда смотреть на жизнь надо именно в них.

ГОВОРЯТ, ЧТО Я ПОХОЖ НА АЛЬ ПАЧИНО

- Какой-то гангстерский боевик получается: вы - в черных очках, с сигарой, в кожаном кресле. Вообще, кто-нибудь говорил из знакомых, что на ряде фотографий вы очень похожи на вашего, если не ошибаюсь, любимого актера Аль Пачино?

- Кто-то говорил. Аль Пачино и Роберт де Ниро мне нравятся просто потому, что я не видел Плохих фильмов с ними. У нашей семьи есть одна близкая подруга из актерского цеха (не хочу называть фамилии), которая как-то мне сказала: «Ну не могу я рекламировать кофе или колготки. Не могу я сниматься в плохом фильме». Так вот это тоже одно из отличий профессионала. Великий и сильный артист никогда не пойдет ни на какие себе уступки. Все фильмы с Аль Пачино и Робертом де Ниро очень хороши: это кино, которое после просмотра не выбрасывается в корзинку, а ставится на полку, чтобы можно было снова и снова к нему вернуться.

- Не возникало желания познакомиться с этими актерами?

- Не знаком ни с одним, ни с другим. И, знаете, у меня нет такой амбициозности «я знаком с тем-то, виделся с тем-то, а с тем-то сфотографировался».

- И даже не любопытно?

- Любопытство - нехорошее качество, им я точно не страдаю. Любознательность - это другое. Наверное, если встретился бы где-нибудь с ними, познакомился бы, но это точно не самоцель.

- Вообще, с какой исторической персоной вам вне временного контекста интересно было бы пообщаться, поговорить?

- Я думаю, на земле очень много замечательных людей, с которыми интересно общаться. Например, был такой случай, меня познакомили, как я считал, с великим и очень сильным человеком этого мира, Гельмутом Коллем. И когда я с ним пообщался, нисколько не разочаровался, мое мнение о нем осталось таким же. Мы и позже встречались, он прекрасный человек, полностью соответствующий тому, что я о нем думал изначально.

- Говорят, что в такие кресла, как у вас, приходят либо прямиком с высших ступеней пьедесталов, либо из больших кабинетов. Вы правило уже поломали и сделали это, по своему обыкновению, успешно. А дальше что? Остается ведь только политика.

- Не-е, не люблю политику. Политика - она вынужденно грязна. Ее конечно люди делают, но она вне зависимости от них должна быть грязной, она не может быть чистой, она не может быть честной. Поэтому туда не хочу, не люблю этого. И кресла, и кабинеты не люблю. Если бы была возможность не сидеть в них, а находиться где-то на улице, на открытом воздухе, выбрал бы ее. Для меня все это (жест рукой вокруг) совершенно непринципиально. Многие люди ко мне приходят и говорят: «Ну неужели ты не можешь офис поменять?» Но мне как-то абсолютно без разницы, никакой роли не играет. Мне кажется, все-таки человек красит кресло, а не кресло человека. Наверное, возможность уйти в политику и какие-то чиновничьи позиции занять была и раньше, но меня это никогда не прельщало.

- И не будет такого этапа? Не представляете себе его?

- Нельзя никогда говорить «никогда». Это жизнь. Откуда мне знать, может быть, завтра я с ума сойду, и буду думать только о том, чтобы стать политиком, что мне необходимо в Госдуму и там сидеть обязательно?

- Вы считаете, что все, кто туда хотят - сумасшедшие?

- Ни в коем случае! Кто-то стремится к этому, кому-то это нравится. Лично я не хочу туда. А что произойдет завтра или послезавтра? Знаете, как спрашивают иногда: «А тебе какая страна нравится?» И некоторые, отвечая, говорят: «Никогда бы не уехал!» Нормальный человек всегда скажет: «Мало ли, как жизнь заставит, может быть, придется и уехать». Так же и здесь. Жизнь - это жизнь, и никогда ничего нельзя в ней предсказывать, и никогда никакого развития событий в ней нельзя отрицать.

- Сейчас у вас нет необходимости что-то менять?

- Нет, я занимаюсь любимым делом в удовольствие. Занимаюсь им не из-за денег. А футбол - это уже для меня болезнь.

О ПРЕЗИДЕНТСТВЕ И О ФУТБОЛЕ

НЕ ИГРАЮ В ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ

- Вы, пожалуй, один из самых внимательных президентов российских клубов. По-крайней мере, мнение о вас такое, потому как никогда не пропускаете ни одной даты или события, всем звоните, поздравляете или наоборот. Что это для вас - просто внимание или работа?

- Когда как: с близкими мне людьми - внимание, с другими - работа. Но за ней не только я один: работает коллектив, который во многих моментах мне помогает. Знаете, надо всегда относиться к людям так, как ты хотел бы, чтобы относились к тебе, и тогда все будет абсолютно нормально, и люди будут тебя уважать. К себе, любимому, все хотят отношения шикарного, а на оппонентов у многих его не хватает.

- Представляю, в день рождения вы, наверное, буквально не отрываетесь от трубки телефона, принимая бесчисленные поздравления?

- Да, в день рождения много звонят, много подарков присылают. И я всем благодарен, потому что при том, что в плане финансового благосостояния мною многое достигнуто, люди мучаются, и стараются что-то придумать такое, чтобы меня порадовать, удивить. Конечно, дорог не сам подарок, дорого внимание. Но все равно близкие что-то находят. Подарят, смотришь и удивляешься: «Надо же, мне это хотелось, но я до сего времени об этом даже не думал». В этом году вообще засыпали звонками, подарками, празднованиями - исполнилось 45 лет, круглая дата. Ну а самый большой подарок, конечно, наши футболисты в течение года мне сделали.

- Один ваш коллега как-то признался, что если бы кто-то из тех, кто собирается в здании РФПЛ, сказал ему, что его любит, он бы не поверил. Часто приходится на себя маску всеобщего обожания примерять в вашем круге?

- Вы знаете, я стараюсь не играть в человеческих отношениях. Там, где мне неприятно, я лучше промолчу, отойду и не буду общаться. Я с коллегами всегда откровенен: если думаю, что это плохо, говорю - «плохо», если хорошо, говорю - «хорошо». И это, наверное, тот стиль жизни, при котором твоему оппоненту вслед нечего сказать. В жизни бывает много интриг или разговоров «вот он где-то что-то говорил». Я за спиной никогда ничего не скажу, всегда говорю то, что думаю, в лицо и при всех. Поэтому мне незачем бояться или стесняться своих слов. В бизнесе я очень тяжелый человек. Очень жесткий и очень требовательный. У меня нет друзей в бизнесе. Вообще ни одного. Потому что бизнес - это такая вещь, которая требует холодного разума, без скидки на отношения. Это нормальный подход, который никак не сказывается на общении «вне дела». Ну никак! Когда я попросил Валерия Георгиевича отдохнуть, забыться, отойти временно от футбола, и он не работал - это были отношения между президентом клуба и тренером. Отношения же между Гинером и Газзаевым никак не менялись. За пределами бизнеса, тяжело ему будет или плохо, я всегда рядом, чем можно помогу. Поэтому, думаю, неправильно было сказано названным вами человеком. На работе не должны любить, на работе должны уважать. А если неправильно выполняешь ее, значит, всю жизнь будешь мучаться от отношения к себе - и работать всю жизнь будешь только ради денег, и молчать будешь. Я бы так никогда не смог. Какое бы положение ни было у меня в семье, я бы никогда не молчал и не терпел только ради того, чтобы мне в конце месяца заплатили зарплату. Я, так скажем, в жизни не прогибался ради денег или ради какой-то выгоды. Ради чьего-то благополучия - наверное. Ради чьей-то радости - это да. Если я знаю, что жизнь другого человека зависит от того, как я поступлю, - тоже может быть. А ради денег или своего величия - никогда. И зная, какой уже прожит срок и что осталось там за эти годы, думаю, что и в дальнейшем буду так считать. Надо стоять стойко и ровно. Только тогда будет все хорошо.

НА БЕЛОУСА НЕЛЬЗЯ ОБРАЩАТЬ ВНИМАНИЕ

- Ну если вы настолько жесткий в бизнесе, то наверняка не могли не обратить внимания, допустим, на высказывания Сергея Овчинникова о футбольном клубе ЦСКА, на высказывания Юрия Белоуса о тренере Газзаеве. Задевает вас это как президента? Считаете ли нужным реагировать? Если нет, то почему - это ведь то, что называют «имидж клуба»?

- То, что я сейчас скажу, никак не относится к тем двум людям, о которых вы упомянули, но есть хорошая азиатская пословица «собака лает, караван идет». Ну нельзя обращать на все внимание. Не-ль-зя! Это субъективное мнение данного человека. Хотя вот недавно буквально один журналист мне рассказал, что, указывая на одно из высказываний за своим именем в «Советском спорте», Сергей Овчинников говорил кому-то из корреспондентов: «Что вы хотите меня с ЦСКА поссорить? Зачем вы это написали? Я же этого не говорил». Это рассказывал мне, поверьте, человек, который никак не зависит ни от меня, ни от Овчинникова: просто в разговоре я сказал «что-то Сережу вообще понесло», и он мне привел этот пример как свидетель происходившего.

Что же касается Юрия Белоуса… Вы знаете, мое мнение, что интеллигентный человек, нормальный, никогда себе этого не позволит. Да, может быть, кто-то другой в данной ситуации и позволил себе больше. Но ведь интеллигентность и выдержанность Белоуса должна доказываться в других делах. Я бы, например, не обратил на это внимание. Вступать в мелкие передрязги? Зачем? Кому что докажешь? Доказывать надо делами. Как говорится - счет на табло. Да, игра, может быть, и не удалась, но она забудется, а счет - это история на всю жизнь. Поэтому кому хочется - пускай говорит. То мы «выигрываем, играя не в чемпионской манере», то у нас «соперники в этом году, к сожалению, слабые», то мы «покупаем все», то у нас «есть просто везение». Мне кажется, это - удел слабых, не признавать, что кто-то сегодня лучше, кто-то сегодня сильнее. Победа есть победа. Делами нужно доказывать, а говорить - не мешки ворочать.

- Противодействие со стороны, скажем так, «недругов» армейцев помогает вам в какой-нибудь степени?

- У меня есть цель, к которой я иду. Я никогда не буду ступать по трупам, как говорится, но никогда и не уделю времени и внимания тому, что «кто-то чего-то сказал, и вот это меня заведет». То, что высказывают Овчинников или Белоус, мне кажется, помогает Валерию Георгиевичу: он приходит и не настраивает ребят на игры, а просто говорит: «Почитайте, что вы, а что «Локомотив» или «Москва». И все. И этого достаточно. Значит, это их ошибки. Пускай учатся на них и не допускают их в дальнейшем. И не настраивают сами команду соперника против себя.

О ЦСКА И О ПРЕМЬЕР-ЛИГЕ

ДЕНЬГИ ЗАКОНЧИЛИСЬ? НЕ ДОЖДУТСЯ!

- Был какой-то момент в сезоне, когда казалось, что сегодняшнего дня в чемпионском статусе может и не быть? Или были в этом уверены?

- Нет, такого момента не было. Уверен не был, верил - да. Задача поставлена, вера в то, что она будет выполнена, обязана быть все время. Человек не должен складывать руки ни при каких трудностях. А вот уверенным вообще нельзя быть до того момента, когда этот чемпионат закончится. Наверное, в начале сезона уверенным «ой-я-буду-чемпионом-в-этом-году» может быть только ненормальный. Я вообще не верю ни одному человеку, который говорит: «Я в чем-то уверен». Как можно, даже ложась спать, быть уверенным в том, что завтра проснешься? Верить - да.

- То, что произошло в дозаявочный период, вернее, то, что не произошло. Вы и впрямь, как расценили это некоторые журналисты, оказались заложниками звания обладателя Кубка УЕФА, который, исходя из своего статуса, должен обновлять состав только серьезными футболистами с именем?

- Это действительно было так, хотя некоторые журналисты это расценили, как у них было четко написано, «у Гинера закончились деньги». Я могу их успокоить. Слава Богу, тьфу-тьфу, дай Бог, чтобы и дальше так, но они не заканчиваются. А вот второй вопрос - не заложниками звания обладателей Кубка УЕФА, а людьми, движимыми интересами развития своего дела. Потому что для того, что мы далее хотим делать, надо либо брать футболистов выше того уровня, что у нас сегодня есть, либо не брать вообще. Почему так? Потому что «лишь бы брать» - это неправильно, это нам не надо. Отчитаться перед журналистами или перед кем-то еще о том, что «мы потратили такую-то сумму за такой-то трансферный период и взяли три человека? Да, они играть не будут, но они же будут на скамейке запасных, и в случае, если что-нибудь когда-нибудь, и мы придем к сослагательному наклонению, то… они возможно выйдут в составе?» Нет, на это у нас есть молодежь, которая должна расти, которая должна выходить на поле. В случае или без случая. А «лишь бы брать» никогда не было и не будет. Хотя журналисты в 2001-ом году писали «ЦСКА закупает пачками, а «Локомотив» со «Спартаком» делают точечную селекцию», забывая о том, что клуб ЦСКА полностью поменялся, а другие строились пять-десять лет. Теперь мы пришли к тому же, и будем только точечно брать тех, кто нам нужен.

НАЕМНЫЙ ВОИН НИКОГДА НЕ ВЫИГРАЕТ ВОЙНЫ

- Ваш нынешний чемпионский трон, как никогда ранее, требует и ремней безопасности, и парашютов. Наверное, все-таки нужны команде с такими титулами звезды первой величины?

- Звезд первой величины мы бы с удовольствием взяли, но, к сожалению, уровень российского чемпионата нам этого сделать не позволяет. Многие из достаточно серьезных футболистов, с которыми мы разговаривали, с радостью бы пошли в ЦСКА, но они не хотят идти в российский чемпионат. Сегодня, конечно, пока мы не достигнем уровня пяти сильнейших чемпионатов, ехать еще не будут. Но у нас есть очень простой и близкий пример - это английская Премьер-лига, в которой буквально пять-шесть лет назад все доигрывали. Сильно сомневаюсь, что в то время Анри, Вийера и многие другие поехали бы в чемпионат Англии. Года три назад положение поменялось, молодые футболисты стали приезжать сначала в «Манчестер Юнайтед», в «Арсенал», в «Челси», когда Роман Аркадьевич его купил. И сегодня в английский чемпионат хотят все. Это то, чего нам надо достичь, ничего более нам делать не надо.

- А как вы оцениваете попытку Алексея Федорычева создать в России «португальский галактикос»?

- Наверное, все, что делает Федорычев, - это хорошо. Но я думаю, что опять же нам не надо открывать Америку, тем более что это когда-то сделал Колумб. Если посмотреть на все великие клубы, которые покупают звезд, скелет их команд - это местные игроки. «Реал» (Мадрид) или «Барселона» - испанцы, «Челси» или «МЮ» - англичане, «Милан» или «Ювентус» - итальянцы. Это испокон веков хребет, основа. А на нее уже нанизывай португальцев, африканцев - кого хочешь. Мое мнение, что все-таки надо отталкиваться от этого. И мы шли от этого. Потому что наемный воин никогда не выиграет войны. Битву - да, сражение - не вопрос, но войну… Важен патриотизм, а он у легионера может расти только рядом с ребятами, которые сами отсюда. Я смотрю сейчас на Карвалью или Вагнера, попавших к нам своего рода наемниками, приехавшими играть за деньги. Но общаясь в едином дружном коллективе, который нам удалось создать, они стали футболистами этой страны, этой команды. И они ее честь отстаивают.

- В телевизионном репортаже из раздевалки ЦСКА после матча с «Динамо» проскочила ваша фраза: «Я уже португальский выучил». Были серьезные причины?

- Нет, мне просто Вагнер сказал где-то за четыре или за пять туров до конца чемпионата, когда мы еще отставали: «Не переживай, я тебе еще вручу Кубок за чемпионат России». И в раздевалке он по-португальски сказал мне: «Я же мужчина, я обещал, я сегодня все это сделал». Переводчик начал переводить, но я его остановил. Такие слова понятны на любом языке.

ПУТИН ПОСОВЕТОВАЛ ПРИХОДИТЬ БЕЗ ПРИГЛАШЕНИЯ

- Под фонтан брызг шампанского попали?

- Нет, я вышел. Ребята пускай балуются, мне приятно. Вообще, эмоции…

- Вы довольно часто позвякиваете перед журналистами ключами от тайны. И уж точно удивили и заинтриговали всех, когда опоздали на прием по поводу победы в финале Кубка УЕФА к Президенту России.

- Это чистая случайность. Руководитель одного из каких-то его департаментов сказал мне, что «ты не приезжай, чтобы не сидеть тут, как вся команда, а как только мы будем точное время знать, сразу сообщим, подъедешь на машине быстро». И что-то кто-то где-то упустил. Мне звонят: «Давай срочно, сейчас, вот». Но я же не на ракете, я не могу прямо прилететь. «Ну давай, как приедешь, заходи прямо, к тому времени как раз журналисты выйдут, ничего страшного». Я говорю: «Да я вообще могу не ехать». Мне: «Нет-нет-нет». Вот. Когда я зашел, Владимир Владимирович говорит: «Я не понял, а почему опоздание?» Я объяснил: «Так предупредили». Он сказал: «Вот в следующий раз приезжайте просто так, без всяких предупреждений».

- На сей раз, если будет прием, воспользуетесь предложением Президента?

- Я не думаю, что на сей раз прием будет. Президент очень много внимания уделяет футболу, но если принимать чемпионов России по всем видам спорта, то это будет длиться для него бесконечно - ведь чем хуже, скажем хоккей, биатлон или волейбол. Нас постоянно принимает министр обороны, ведь мы - часть армии, часть армейской команды. Он интересуется нашими делами, внимательно к нам относится - это очень приятно и очень важно.

С ТОЛСТЫХ ТЯЖЕЛО ДОГОВОРИТЬСЯ

- Евгений Леннорович, вас считают человеком, которой о фантастической сделке даже с памятником может договориться. Как вам это удается?

- Наверное, это мое умение вести переговоры. Надо было мне, может быть, переговорщиком стать. Договориться получается потому, что еще раз повторюсь, необходимо к своему оппоненту относиться с уважением и вниманием. И тогда, на каком бы уровне ты ни разговаривал, человек будет чувствовать твое расположение и будет заинтересован в тебе. Любая сделка может состояться только в том случае, если на пятьдесят процентов (может чуть больше или чуть меньше) в ней заинтересованы обе стороны. Надо к этому привести, посмотреть, в чем заинтересован тот человек, с которым ведутся переговоры, довести его заинтересованность до пятидесяти процентов и тогда сделка обязательно состоится.

- Какая-то особая последовательность в самом переговорном процессе для вас существует?

- Ну, скажем так, есть тактическая схема, с которой тренер выводит команду на поле, но импровизировать игрокам в ее рамках не запрещается. У меня, наверное, то же самое. Понимаешь цель разговора, о чем он, чего нужно добиться, выслушиваешь оппонента и, если необходимо, импровизируешь.

- Есть какие-то переговоры, в процессе которых вы сами себя удивили?

- Нет, я такой градации для себя никогда не проводил. Хотя переговоры, которые я бы хотел выиграть, сейчас есть. Я говорю о переходе чемпионата на систему «осень-весна». Он, на мой взгляд, просто необходим. Мое мнение, если мы хотим двигаться дальше, если мы хотим сейчас начать перестройку в футболе - то это один из первых шагов. Пока я не слышал оппонентов, которые бы привели какие-то отрицательные аргументы данного предприятия. Все на уровне таких фраз: «А зачем нам это надо?» Как говорит Николай Александрович Толстых: «У нас Урал есть». Я согласен, в горах не играют в футбол. Но если у нас вся страна - 11000 километров - это Урал, тогда нам надо закончить вообще о футболе думать. Когда я слышу, что Украина играет по системе «осень-весна» потому что в «Симферополе тепло, а в Москве холодно», только пожимать плечами от удивления приходится: ведь у нас существуют Краснодар, Ростов, Владикавказ, Минводы и так далее. Тогда надо Симферополь сравнивать с климатом в этих городах. Я, прожив всю жизнь в Харькове, равнялся на то, что погода там была ровно через два дня такая же, как в Москве, а мне сейчас доказывают, что это не так. Чувствуешь себя при этом идиотом. Или начинаются разговоры о бюджете: «Как же он будет приниматься?» Меня очень интересует, а как же принимается бюджет в хоккее или в баскетболе, которые играют по системе «осень-весна»? А как принимается бюджет для сборной России, которая отборочные игры начинает осенью и играет до весны? Как же цикличность человеческого организма, который должен летом отдыхать? Должен! Это нормально, это просчитано. Разум говорит, что мы должны играть по системе «осень-весна». А мы - против планеты всей, но зато близко к Исландии и Скандинавии. Вот это меня пугает: оппонент изрекает, что сейчас на улице ночь, а я выглядываю в окно и вижу, что на улице светло. Вот в таких переговорах тяжело участвовать, а в переговорах, когда ищется вариант «как сделать», всегда можно найти решение. Я на всю жизнь запомнил один плакат: «Захочешь - найдешь тысячу способов. Не захочешь - найдешь тысячу причин».

СОЧУВСТВУЮ НАШИХ СЕЛЕКЦИОНЕРАМ

- По селекционной программе на следующий сезон можете сейчас что-нибудь сказать?

- Мы занимается, смотрим много футболистов, но ничего конкретного пока. Селекционеры выезжают, дня не сидят, бедолаги. Я, честно говоря, даже не понимаю, как их семьи такое переносят: приезжают из Бразилии, уезжают в Молдавию, оттуда - в Боснию или Сербию, потом на юношеский чемпионат мира до 17 лет и так далее. Смотрят, смотрят, смотрят. И «Надежду» смотрят в Саранске, и чемпионаты Бразилии и Аргентины, Уругвая и Парагвая, и пять чемпионатов здесь. Именно при таком подходе можно найти что-то.

- Для себя не определили некий «час икс» - точку, в которой селекционный период будет закончен? Хотелось бы, чтобы команда начала с первого сбора наигрываться в том составе, в котором вступит в сезон?

- Хочется такого, конечно. Но это не принципиально. Если надо будет усиливаться в марте, под конец дозаявочного периода - не вопрос. Кем-то надо усиливаться летом, перед Лигой чемпионов - тоже никаких проблем.

- Определенный период жизненного пути все-таки уже за плечами. Если бы вам дали чистый лист бумаги и предложили написать благодарственное письмо своей Судьбе: «Судьба! Я тебе благодарен за…» За что?

- За все. Я считаю, все, что происходит в моей жизни - под взглядом Господа Бога, под неусыпным оком Ангела-Хранителя моего. Все, что делается, - все радует. Человек должен уметь радоваться, как мне кажется. Я счастлив всем тем, что у меня есть.

БЛИЦ С ЕВГЕНИЕМ ГИНЕРОМ

- Любимый праздник

- Новый год. Елку, конечно, сам не наряжаю - этим уже занимается дочка, а я так, игрушки ей подаю. Мое мнение - Новый год, Рождество, Пасха, день рождения - это основные праздники. Ну и дни рождения детей, конечно.

- В гороскопы верите?

- Я считаю, что гороскоп должен делать твой астролог, который четко знает время, день рождения.

• источник: www.hockeynews-online.com

Быстрая и бесплатная служба доставки новостей

Подписывайтесь на наш канал «CSKA.INternet» в Telegram или
установите себе наш виджет на Вашей странице Яндекса
Оставить первый комментарий
Сейчас обсуждают