ОБЕД С ВОСПОМИНАНИЯМИ О БУДУЩЕМ

Христо СТОИЧКОВ и Игорь КОРНЕЕВ. Не знаю, как вас, а меня время от времени тянет покопаться в старых фотографиях. Есть в этом занятии элемент какого-то странного азарта: вдруг в делах давно минувших дней неожиданно отыщется что-то новое, прежде не замеченное?

ДЕНЬ ЧУДЕСНЫЙ

Чем больше срок давности картинок прошлого, тем внимательнее в них всматриваешься, стараясь вспомнить, что и как было в тот момент, когда нажимался затвор камеры. Правда, от некоторых из них веет черно-белой тоской и грустью - ушедшее или ушедших уже не вернуть. Но, к счастью, чаще бывает наоборот: снимок радует подтверждением того, что и в твоей жизни были моменты, о которых не грех вспомнить. И тогда с удовольствием ощущаешь законное желание выпить рюмку какого-нибудь благородного напитка.

Вот этот снимок десятилетней давности - точно из таких. Три здоровых мужика с двумя очаровательными крохами на руках, улыбаясь, позируют за богато накрытым ресторанным столом неизвестному фотохудожнику-любителю. За их спинами сквозь ажурную занавеску, пробивается не по-мартовски жарко пригревающее испанское солнышко. Одним словом, почти по классику - весна и солнце, день чудесный! А он и впрямь выдался неплохим. Да и почему бы ему быть иным? Накануне оба моих соратника по тому застолью вместе со своей "Барселоной" и тысячами ее безумных болельщиков праздновали безоговорочную победу над заклятым врагом - "Эспаньолом". Тот вечер на "Ноу Камп" был их вечером.

- Сто-ич-ков!!! Кор-не-ев!!! - сотрясая округу, надрывались восторженные трибуны.

И форвард с полузащитником обожаемой "Барсы" их не разочаровывали. Первый отправил один из трех мячей в ворота нахального противника. А второй идеальными передачами помог то же самое сделать еще двум партнерам.

...Тогда, в марте девяносто пятого, я прилетел в Испанию пообщаться с героями того футбольного времени - Дасаевым, Саленко и Корнеевым. Первый обосновался в Севилье, куда уехал по контракту с клубом того же названия семью годами ранее. Игровая его судьба, по сути, там так и не сложилась - слишком болезненно проходила адаптация. А когда она завершилась, момент оказался упущенным. И лучший вратарь мира 1988 года стал тренером голкиперов "Севильи".

У Саленко в ту пору, наоборот, был взлет. Шесть забитых на мировом чемпионате в США мячей и поделенное с болгарином Стоичковым звание лучшего бомбардира турнира резко подняли на рынке акции двадцатипятилетнего нападающего, спор за которого выиграла "Валенсия".

Корнеев же после двух сезонов в "Эспаньоле" неожиданно для всех всплыл в легендарной "Барселоне". Словом, повод для разговора с каждым из этой троицы сомнений не вызывал.

О ЦСКА, О СБОРНОЙ, О ЧЕЧНЕ

В столицу Каталонии я прилетел из Валенсии за пару дней до отъезда домой - и аккурат на дерби "Барсы" с "Эспаньолом". С Корнеевым мы созвонились накануне, сговорившись встретиться после матча. А билеты на игру мне должен был вручить портье отеля, где предстояло разместиться. Расположен он оказался минутах в семи от стадиона, на который я на всякий случай отправился пораньше. И, как выяснилось, не зря.

Где-то полчаса ушло в гигантской людской толчее только на поиск нужной трибуны, сектора и места, откуда предстояло следить за игрой. Затем, еще минут двадцать, с вынужденными от кислородной недостаточности перекурами, продолжался подъем по бесчисленным лестничным пролетам. Когда же, наконец, казавшееся бесконечным путешествие подошло к финишу, я испытал примерно то же, что и первые покорители Эвереста: меня слегка покачивало, а перед глазами плыли круги. Но главное, разминавшиеся на поле футболисты с ноукамповской верхотуры выглядели микроскопическими букашками, найти среди которых Корнеева не представлялось никакой возможности. Тем не менее это обстоятельство, похоже, нисколько не смущало моих будущих соседей по трибуне, с удовольствием потягивавших в предвкушении зрелища молодое красное вино из бумажных пакетов.

Вариант "мне сверху видно все", подходящий для испанцев, меня, однако, никак не устраивал. И здесь осенило: а почему бы не поменять стадион на кресло у гостиничного телевизора и посмотреть игру с повторами, крупными планами и титрами с фамилиями игроков. Мысленно попросив прощения у футбольного Бога и Корнеева, я все-таки решил предпочесть телекомфорт (да еще в сочетании со всегда готовым прийти на выручку мини-баром) антуражу стадионного действа. И с легким сердцем поспешил назад в отель.

С Корнеевым мы встретились на следующее утро. С женой Наташей и маленьким Кристианом на своем синем БМВ он заскочил за мной в гостиницу, и по пустынному воскресному шоссе мы помчались к берегу моря, усеянному разного калибра кафе. По дороге я рассказал Игорю о причинах вчерашнего отсутствия на стадионе, а он, в свою очередь, извинился за конфуз с билетом, произошедший в результате предматчевой суматохи. Уже позднее, когда мы расположились за столиком симпатичного заведения, разговор пошел на самые разные темы - начиная от событий в Чечне и заканчивая проблемами российской сборной и некогда родного для Корнеева ЦСКА.

УЧЕНИК САДЫРИНА

Чувствовалось, что собеседник все еще не отошел от переживаний по поводу конфликта, на ровном месте вспыхнувшего перед чемпионатом мира между Павлом Садыриным и "группой товарищей", боровшихся за право диктовать в сборной свои условия. Помню, как метались тогда некоторые из них, пытаясь определиться, чью же сторону в этой ситуации все-таки принять. К примеру, Юран, несмотря на отказ, прибыл-таки в Дублин со своим агентом на один из последних перед мировым первенством товарищеских матчей с Ирландией. Но, сославшись на травму, на поле не вышел. А вот Кирьяков, которого мы с администратором РФС Владимиром Сахаровым весь вечер встречали в местном аэропорту, так и не прилетел, хотя прислал телеграмму о согласии сыграть.

На следующий день здешние газеты расписали все это в красках, обозвав происходящее "скандалом в русском футбольном семействе". А наставник ирландцев сэр Джекки Чарльтон, с которым перед игрой мы пообщались в VIP-баре, грустно улыбнувшись, философски заметил: "Тренер не должен работать с футболистами, которые не хотят его понимать. Подобное сотрудничество ни к чему хорошему еще никогда не приводило".

В той ситуации Корнеев с самого начала принял сторону Садырина, которого безмерно уважал как тренера и человека. Злые языки, правда, нет-нет да и намекали, что подобная позиция для полузащитника не более чем шанс получить место в составе сборной. Но то, что отношения между игроком и тренером носили чисто профессиональный характер, подчеркивает хотя бы тот факт, что в США Корнеев вышел на поле лишь в последнем матче с Камеруном.

Именно с благословения Павла Федоровича Игорь вместе со своими одноклубниками, двумя Дмитриями - Кузнецовым и Галяминым, - оказался в "Эспаньоле", который не без усилий бывших армейцев, а также экс-спартаковца Андрея Моха за один сезон выбрался из низин второго дивизиона в высший. И кто тогда мог знать, что уже год спустя русская футбольная колония, в которой буквально души не чаял тренер Хосе Антонио Камачо, начнет распадаться.

ЗАКОН КРОЙФА

- Мы и сами не ведали не гадали, что все так в итоге повернется, - вздохнул Корнеев. - Думали, раз с Камачо полный контакт, значит, можно работать спокойно. Да и президент Парда к нам прекрасно относился.

- Какие же такие силы вдруг вмешались?

- Не силы, а сила - новый президент клуба Перельо. Как потом выяснилось, пришел он со своей программой: убрать из команды сразу восемь человек, среди которых и наша четверка оказалась. Начал с Андрюхи Моха. А дальше пошло-поехало.

- Странно как-то...

- Не то слово. Нас даже на предсезонный сбор в Швейцарию и Италию не брали. Дома оставляли - мол, тренируйтесь как хотите. Хотя деньги платить продолжали.

- Может, стоило вас в другие клубы попытаться продать?

- Поначалу мы тоже так думали. Но потом поняли: наша судьба сеньора Перельо волнует мало. Тогда и прикинули - раз так, надо самим что-то соображать.

- И ты сообразил "Барселону"?

- Не совсем. Если честно, то здесь случай вмешался. Зашли мы как-то с женой в ресторан. А там помощник Кройфа, Тони Брюинс, обедает. Он уже знал, что я с "Эспаньолом" расстаюсь, и полюбопытствовал, чем дальше заниматься собираюсь. Мною уже пара клубов из Италии и Франции интересовалась, о чем ему и сказал. На том и расстались. А на следующий день звонок от Тони: "Кройф хочет с тобой поговорить".

- Наверное, вспомнили, что ты в свое время, играя за "Эспаньол", "Барсе" пару мячей положил...

- Может быть, и это роль сыграло. Но, скорее всего, Брюинс сумел убедить Йохана не упускать шанс попробовать игрока, за которого не надо платить. Ведь у него должность такая - держать главного тренера в курсе того, что может мимо пройти.

- Не угнетало то, что начинать придется с резервной команды?

- Нисколько. Я сразу сказал себе: ты должен пройти и через это. Выдержишь - заиграешь. Тем более что в партнеры мне достались молодые, горячие ребята, которые спали и видели себя в "Барсе" партнерами Бакеро и Гвардиолы.

- Тебе то же самое, небось, снилось?

- Ничего мне не снилось. Я просто вкалывал, себя не щадя и надеясь, что рано или поздно судьба подарит мне шанс.

- Под судьбой в данном случае ты подразумевал Кройфа?

- Кого же еще! Йохан все видит и чувствует в команде. На это я и рассчитывал. Знал: если игра пойдет, он обязательно даст возможность себя проявить.

- Даже при том, что в его распоряжении такие полузащитники, как Хаджи, Гвардьола, Бакеро? К тому же с твоим появлением кто-то из иностранцев должен был потерять место в составе, где их может быть не больше трех.

- Закон - кто лучше выглядит, тот и выходит на поле, - никто не отменял. А определяет это сегодня только Кройф.

- И что же, никакие авторитеты при этом не учитываются?

- Практически нет. Может, только Куман со Стоичковым чуть особняком стоят. Но они в последние годы делают историю "Барселоны". Хотя, если у Кройфа появятся претензии и к кому-то из них, он от своих принципов не отступит. Именно это заставляет постоянно держать себя в форме и не расслабляться.

ВОСПИТАНИЕ ДЕНЬГАМИ

- Когда ты почувствовал, что на Корнеева начинают рассчитывать?

- После товарищеского матча с "Ромой". Старался в нем больше на партнеров играть. Не знаю, как Кройфу, а Стоичкову я понравился. Он журналистам потом заявил: "Мне с этим русским на поле было легко". А Христо, поверь, добрыми словами сорить не привык.

- То, что не на свою позицию определили, не смущало?

- Подобное в "Барсе" даже не обсуждается. Раз дано задание играть на правом фланге, значит, выходи и делай то, что тебе тренер сказал. Только ему дано право решать, на каком месте ты принесешь пользу. Вон Кумана Йохан из средней линии в оборону перевел. И команда от этого только выиграла.

- Тебя Кройф чем-то в работе удивил?

- Потрясающим умением держать себя в руках при любых обстоятельствах. Не помню, чтобы он когда-то дал повод поставить под сомнение собственную уверенность в своих силах. Да и ошибок никогда не признает. Его главный принцип: тренер всегда прав! И он от него никогда не отступает.

- Даже на разборах после проигранных матчей?

- А никаких разборов в "Барсе" просто не существует. На предыгровой установке к предыдущей встрече тренер еще может вернуться. А специально никаких анализов не делается. Видимо, считается, что раз ты профи, то сам в состоянии дать оценку своим действиям.

- Интересный подход...

- Я бы сказал, своеобразный. Но раз таковы правила, значит, им надо следовать. Тренеру виднее.

- Играя в России, тоже так считал?

- Если честно, то не всегда. Иногда думал, что вот здесь тренер не прав, а там нужно было по-иному поступить.

- Может, философия и породила весь сыр-бор в садыринской сборной перед мировым чемпионатом в США?

- В какой-то мере. Но, как бы ни развивались события, все равно игроки не имеют право диктовать, кто должен их тренировать. Это уже анархия.

- Отголоски скандала сказались на выступлении сборной в США?

- Еще бы! Такие вещи бесследно не проходят.

- Быть может, на чемпионат мира следовало ехать с теми, кто проводил тот товарищеский матч со сборной Ирландии?

- Не исключаю. В той команде все были заодно. Но только Садырин был вправе принять решение, на кого ему опереться. И здесь его можно понять.

- Как отнесся к тому, что в матчах против бразильцев и шведов тебе не нашлось места в составе?

- Играть, конечно, хотелось, но обиды не было. К тому моменту я уже твердо уяснил принцип Кройфа.

- И ты хочешь сказать, что в Испании игроки не ропщут, не выступают против тренеров?

- Случается, кто-то в сердцах и может что-то подобное журналисту сказать. Но коллективных писем подписывать уж точно никто не будет.

- Вот он, звериный оскал капитализма, где каждый за себя...

- Я бы сказал по-другому: где каждый прежде всего за себя отвечает, а не кивает на другого - мол, почему с него так не спрашивают, как с меня.

- То есть в Испании тренер воспитательной работой не занимается?

- Здесь просто не знают, что это такое. В здешнем футболе тебя воспитывают деньги, которые либо зарабатываешь, либо теряешь.

ОДИНОКИЙ ВОЛК

...В это время знаменитой мелодией из "Кармен" затрещал корнеевский мобильник.

- Да, Христо, - откликнулся Игорь. И я понял, что звонит Стоичков. - На семейный обед? С удовольствием. Ты не против, если компанию нам составит мой друг - журналист из России? Все, тогда через сорок минут в "Реале".

В каком "Реале" могли оказаться два далеко не последних игрока "Барсы", я понял, когда вместе с корнеевским семейством переступил порог ресторана с пышным названием "Реал Клаб Наутико де Барселона". Уже на пороге, в сопровождении почетного караула щеголей-официантов, нас с милейшей улыбкой встречал толстяк-хозяин Хуан. А в углу из-за накрытого стола приветливо помахивал рукой Христо, рядом с которым расположилась в окружении двух дочурок верная спутница жизни бомбардира - супруга Марианна.

- Ну что, Наташа, сдержал я слово, забив вчера гол в твою честь? - галантно целуя руку жене Игоря, спросил Стоичков.

- А если бы Корнеев оказался мусульманином и имел с десяток жен? Пришлось бы для каждой забивать, - пошутил я.

- Деваться некуда - пришлось бы, - развел Христо руками. - Спор есть спор. И настоящий мужчина должен уметь держать слово.

- И наверняка иметь достойного наследника, - вмешался Игорь, явно намекая на то, что остальная часть семьи болгарина состоит исключительно из представительниц слабого пола - малышек Кристины, Микаэлы и их очаровательной мамы Марианны.

- Не обязательно, - даже бровью не повел Христо. - В моей семейной команде вполне хватает и одного Стоичкова.

- Кто же тогда продолжит славные бомбардирские традиции отца?

- Надеюсь, такие умельцы у меня на родине найдутся. А я уж постараюсь их научить забивать.

- Думается, дело это будет непростым. Особенно если у кого-то из них окажется такой же характер, как у их будущего учителя.

- Не знаю, кому уж не угодил мой характер, - пожал плечами Христо. - Лично мне он только помогает распечатывать чужие ворота.

- Пусть Кройф ворчит сколько угодно, - вступил в разговор присоединившийся к нам агент Стоичкова, пышноусый Хосе Мингелья. - И мы это знаем. Но вряд ли его устроил бы нападающий-размазня. Конечно, Христо не ангел. Однако именно такие форварды - головная боль для любой обороны.

- И любого тренера, - смеется Корнеев.

- На чемпионат мира в США намекаешь? - реагирует Стоичков. - Действительно, был там момент, когда у нас в команде начались разброд и шатания. И я нисколько не жалею, что откровенно высказал тогда руководству все, что думал по этому поводу.

- ...И получил после этого прозвище Одинокий Волк, - затянувшись сигарой, напомнил агент.

- Форвард всегда одинок на поле, - мрачно пошутил Христо. - И никто из нас не знает своего будущего...


Александр ЛЬВОВ

• источник: sport-express.ru

Быстрая и бесплатная служба доставки новостей

Подписывайтесь на наш канал «CSKA.INternet» в Telegram или
установите себе наш виджет на Вашей странице Яндекса
Оставить первый комментарий
Сейчас обсуждают