Летопись Акселя Вартаняна. Сезон, когда в ЦДКА пришел Федотов

Год 1938. Часть шестая

ИНТРИГА. На протяжении всего сезона участники чемпионата для поддержания к нему интереса запутывали турнирную ситуацию на всех его участках. Получилось у них неплохо. Сегодня мы с вами попытаемся распутать клубок - насколько хватит сил и имения - в видимой, верхней части айсберга.

"ИДЯ НАВСТРЕЧУ ПОЖЕЛАНИЯМ ЧИТАТЕЛЕЙ"

Осенью 38-го к этому утомительному, кропотливому труду привлекли и болельщиков.

Конкурсы среди любителей футбола - ровесники союзных чемпионатов. Их инициатор и учредитель - "Красный спорт". Народ воспринял идею спортивной газеты с энтузиазмом. При минимальных материальных затратах (стоимость конверта с маркой и листочка бумаги) люди получали возможность испытать себя, блеснуть эрудицией, если повезет - на газетные страницы попасть, а заодно и призом каким ни на есть поживиться - годовой подпиской на газету или фотографией чемпионов с автографами.

К примеру, в 37-м победителю посулили билеты на все кубковые игры 1938 года. Как организаторы исполнили обещанное - непонятно: около трехсот команд сыграли в общей сложности без малого 250 матчей. Множество игр проходили в один день в разных городах огромного государства...

В августе 38-го на этот самый кубковый турнир был объявлен третий по счету конкурс. Призы обещали пяти лауреатам. Экономия получилась огромная - правильно на все вопросы ответил один-единственный конкурсант. 29 сентября, через две недели после финала, "Красный спорт" опубликовал фотографию победителя. На читателей смотрел юноша с симпатичным интеллигентным лицом. Редакция представила молодого человека. Им оказался 18-летний москвич, студент первого курса инженерно-строительного института имени Куйбышева. Занимался он боксом в секции "Динамо", но болел за "Спартак". Верно определив победителей четырех четвертьфиналов, двух полуфиналов и финала, студент опередил 1205 конкурентов из 172 городов Советского Союза. Так страна познакомилась с Константином Есениным, статистиком номер один (не по порядку - по значению, масштабу дарования) советского футбола.

Есенин опоэтизировал цифры, научил их рассуждать, анализировать, делать выводы, поучать, предсказывать, развлекать... Он беспредельно расширил горизонты науки на первый взгляд скучной, нудной, считавшейся уделом конторских крыс с нашитыми на пиджак черными ситцевыми нарукавниками.

Газета не признала в победителе сына великого русского поэта Сергея Есенина и известной актрисы Зинаиды Райх. Имя поэта в те годы вслух не произносили. Ушедший из жизни, он все еще оставался в опале у режима.

Не успев подвести итоги кубковому конкурсу, "Красный спорт" (цитирую: "Идя навстречу пожеланиям читателей") учредил новый. 1 октября читателям предложили назвать три первые и последнюю команды идущего на посадку чемпионата, причем с итоговым количеством очков, что значительно усложняло задачу. Десяти провидцам, раньше остальных приславшим правильные ответы, были обещаны фотографии чемпиона с автографами футболистов, а пятерку лауреатов премировали еще и годовой подпиской на "Красный спорт".

К моменту объявления условий конкурса ситуация в головной группе все еще оставалась запутанной и непредсказуемой. Шансы на чемпионское знамя сохраняли шесть команд: три динамовские - Москвы, Ленинграда, Тбилиси, а также "Спартак", "Металлург" и ЦДКА. Народ с необычайным воодушевлением откликнулся на призыв газеты. Число конкурсантов увеличилось вчетверо. Значительно расширилась и география. Всего редакция получила 4867 писем из 352 городов и населенных пунктов страны. Среди респондентов люди разного пола, возраста, национальности, вероисповедания, рода занятий - красноармейцы, школьники, студенты, рабочие, инженеры, спортсмены, артисты, стахановцы... Подавляющее большинство "электората" (3568) прочило в чемпионы "Спартак". "Металлургу" отдали 514 голосов, ЦДКА - 134, "Динамо" московскому - 121, остальным досталось 164 голоса. На последнее место читатели единодушно поместили "Буревестник".

Удивляет недооценка динамовских команд, особенно ленинградской. Весной и летом 38-го питерские футболисты воскресили в своих почитателях угасавшую надежду на возрождение не так давно процветавшего невского футбола. "Динамо" пробилось в кубковый полуфинал, "Электрик" достиг финала.

В чемпионате динамовцы, был момент, возглавляли гонку единолично и, что важно, уверенно отбирали очки у конкурентов: ЦДКА (2:0), "Металлурга" (3:2), "Спартака" (4:0), Киева (1:0), Тбилиси (2:1). Только одноклубникам из Москвы уступили.

Ленинградская пресса восторгов не скрывала. 6 августа известный в городе обозреватель Лев Рахмилевич поместил в еженедельнике "Спартак" статью под заголовком "Лидер", посвященную динамовцам. Своими успехами, считал автор, команда обязана блестящему в недавнем прошлом игроку, а ныне главному тренеру Михаилу Бутусову, который привил ей ни на кого не похожий игровой почерк, добился сыгранности во всех линиях и значительно усилил ударную мощь пятерки нападения.

Рахмилевич познакомил читателей с мнением об игре "Динамо" гостившего в СССР председателя Футбольной ассоциации Чехословакии, члена ФИФА Рудольфа Пеликана. "Я утверждаю, что ленинградское "Динамо" не слабее "Спарты" и "Славии", - рассыпался в любезностях гость. Поистине царский комплимент. Здравый смысл функционера уступил желанию польстить хозяевам. "Спарта" и "Славия" в середине 30-х - команды высокого международного уровня. Составленная из игроков этих клубов сборная страны в 34-м стала вице-чемпионом мира.

"Будет ли "Динамо" чемпионом? - спрашивал Рахмилевич. - На этот вопрос можно будет ответить лишь после 25-го матча команды. Но боевая форма нашей команды это, несомненно, обещает".

Журналист был близок к истине. К 1 октября, повторюсь, динамовцы успешно разобрались с высшим командным составом. Осталось вволю "погонять салаг". 10 очков в шести оставшихся встречах с обитателями "дна", обреченными и кандидатами на вылет, гарантировали ленинградцам победу в чемпионате. То, что случилось дальше, объяснению не поддается. Плебс взбунтовался и устроил метившим в генералы динамовцам темную. Вместо пяти ожидаемых побед - пять поражений и седьмое итоговое место.

Это был единственный реальнейший шанс за время пребывания ленинградского "Динамо" в сильнейшей группе выиграть первенство.

КНУТОМ И ПРЯНИКОМ

С месяц назад, в конце августа, необычайно высоки были и акции киевского "Динамо". Постигшее вскоре команду несчастье выбило ее из обоймы.

Константина Щегоцкого, центрфорварда нового типа с широким диапазоном действий, без доли преувеличения можно считать лучшим футболистом Киева довоенной поры. Все было при нем - техника, финты, обводка, удар, хлесткий и точный, ориентация на местности, позиционное чутье, зоркий глаз, организаторский талант. Когда требовала обстановка, он выходил на линию огня и самостоятельно решал поставленную задачу. Не чурался и черновой работы, отходил назад и из глубокого тыла затевал сложные многоходовые комбинации...

Выделялся Щегоцкий и за пределами футбольного поля, что в те годы делать было небезопасно. Ничто человеческое ему не было чуждо. Раскрепощенный, независимый, одевался с иголочки, по последней европейской моде, вел богемный образ жизни, не избегал застолий, ресторанов, общества прекрасных дам... Всем своим обликом и образом жизни бросал вызов системе. Конфликт с властью был неизбежен.

Весной 37-го Щегоцкому устроили общественную порку, обвинив в финансовых злоупотреблениях. Об этом мы подробно рассказывали в летописи 1937 года. Наказав кнутом весной, летом того же года футболиста наградили пряником - орденом "Знак Почета", умножив число его завистников и недоброжелателей. Из-за этого ордена началась череда злоключений, едва не завершившаяся трагически.

Весной 38-го, перед началом сезона, киевский форвард зализывал раны в подмосковном санатории. Здесь и приключилась с ним довольно типичная для тех лет история. Константин Щегоцкий поведал о ней в автобиографической повести "В игре и вне игры":

"Один из отдыхающих проявил бдительность. Проведав, кто я, он тут же настрочил на меня донос секретарю парторганизации санатория, в котором писал, что, отказываясь носить орден, я недооцениваю и оскорбляю высокую правительственную награду. Меня вызвал секретарь парторганизации и строго спросил:

- Почему вы не носите орден?...

Я рассмеялся. Моя реакция возмутила парторга. Я попросил вызвать доносчика. Когда этот бдительный гражданин появился, я спросил его:

- Вы хотя бы иногда газеты читаете?

Не поняв, куда клоню, разгневанный жалобщик вскочил с места и стол угрожать мне серьезными последствиями. После чего я спокойно объяснил ему:

- Орден не ношу потому, что мне его еще не вручили (награду Щегоцкий получил в Кремле летом 38-го. - Прим. А.В.). Как только получу, буду всегда и везде с гордостью носить его. А с вами, бдительный гражданин, я не хотел бы играть в одной команде. Да и находиться с вами в одной палате небезопасно..."

Позже похожая история случилась и с блистательным ленинградским форвардом Петром Дементьевым, о чем он рассказал в книге "Пека о себе, или Футбол начинается в детстве":

"Вызвали в НКВД, придравшись, что я не ношу орден, видимо, опять кто-то донес. Я честно признался, что орден не ношу, так как не люблю носить пиджаки, а на рубашку орден не наденешь. Вроде бы поверили. Но, как потом выяснилось, ко мне был приставлен сотрудник, следивший за каждым моим шагом. Позже он мне признался сам:

- Петя, ты меня прости! Я следил за тобой год. Но за тобой ничего нет. Кроме стадиона и дома, ты нигде не бываешь".

Дементьеву повезло, чего не скажешь о его киевском коллеге.

МЕДВЕЖЬЯ УСЛУГА

Стучать на Щегоцкого не переставали, и 26 августа, после выигранного киевлянами матча у "Электрика", центрфорварда арестовали, без предъявления каких-либо обвинений забрали в "контору", избили и бросили в переполненную (на небольшой площади находилось более сотни заключенных) камеру. Среди ее обитателей - орденоносцы, верные ленинцы, секретари райкомов партии, члены правительства, командиры Красной армии, деятели культуры, обвиненные в шпионаже, вредительстве, измене родине, делу социализма, в троцкизме и прочих тянувших на высшую меру грехах. Подробности в уже цитированной книге Щегоцкого:

"В августе после игры с ленинградцами ко мне подошли два работника органов внутренней безопасности и пригласили на прием. Я поехал с ними. "Прием" продолжался... 15 месяцев. Так я стал "врагом народа"...

В чем меня обвиняли? Следователь кричал: "На кого работаешь? Чей шпион? Польский? Румынский? Португальский?" Стараясь выбить из меня показания, он каждый вопрос сопровождал ударом ножкой стула.

На всю жизнь запомнил я интенсивный допрос протяженностью в 12 суток в 21-й комнате на четвертом этаже Наркомата внутренних дел УССР.

Двери здесь были массивные, дубовые. Когда между ними защемили пальцы, я потерял сознание. На все вопросы обвинения отвечал коротко: "Нет!" Выбить из меня признание палачам не удалось. Позже я узнал, что на меня, простого московского парня с Большой Полянки, кто-то донес, назвав сыном польского графа, завербованного польской разведкой..."

Выписали Щегоцкого из "профилактория" в ноябре 39-го, так и не найдя угрожающих нерушимости государства замыслов и деяний. Вышел он на волю гол как сокол. Все его личное имущество состояло из возвращенных при освобождении документов, ордена и ветоши, кое-как прикрывавшей некогда ладно скроенное израненное, битое-перебитое, заметно исхудавшее тело. За год с небольшим человек лишился всего: жены, поспешившей сразу после ареста отречься от "агента иностранной разведки", однокомнатной квартиры (счел ниже своего достоинства затевать дрязги из-за раздела имущества) и спортивной формы - изуродованные, распухшие ноги надежд на продолжение спортивной карьеры не оставляли. Собрав кое-какие средства (мир не без добрых людей), он вернулся в Москву на Большую Полянку - к матери. Но это уже другая история. С Константином Щегоцким мы еще встретимся, и не где-нибудь - на футбольном поле. Всему свое время.

Примерно в те же дни (в сентябре 38-го) команда лишилась еще одного форварда - Павла Корнилова. Не сумел он совладать с соблазном поиграть за московский "Спартак". Появление его в красно-белом лагере на самом ответственном турнирном отрезке оказалось весьма кстати, усилило хромающую атаку москвичей. Играл он неброско, нехитро, но довольно эффективно - быстро бегал, точно стрелял. Игроки такого типа зависимы, требуют квалифицированного обслуживания. В "Спартаке" обслуживали Корнилова по высшему разряду. Получая своевременный пас "на выход", на свободное место, он включал четвертую скорость и частенько доводил незамысловатую комбинацию до ума. Итог - девять мячей в девяти играх. Еще шесть забил в Киеве и с 15 мячами вошел в число лучших бомбардиров чемпионата.

Потеря двух форвардов (особенно Щегоцкого) для команды, любящей атаковать и умеющей забивать (в 38-м киевское "Динамо" стало самым результативным в чемпионате - 76 мячей), оказалась невосполнимой. Киев в непосредственной близости от цели забуксовал, потерял в сентябрьских матчах с не самыми сильными соперниками (исключая тбилисцев) четыре ценнейших очка. Их-то и не хватило для восхождения на турнирную вершину. Коронацию отложили на долгие 23 года. Медвежью услугу оказали украинские гэбэшники команде своего же ведомства.

Предвосхищая вопрос о законности перехода Корнилова из Киева в "Спартак" в ходе чемпионата, сделаю небольшое отступление.

В ЛАБИРИНТАХ ЧИНОВНИЧЬИХ ИНСТРУКЦИЙ

Разрабатывая инструкцию о комплектовании команд и переходах игроков, Комитет физкультуры испытывал перед началом сезона такие же трудности, как с определением формулы чемпионата и количеством его участников. Первый вариант, озвученный 17 апреля "Правдой", гласил: "Командам, включенным в группу мастеров, разрешено до 1 мая пополнить свои составы игроками из любых команд, не участвующих в розыгрыше первенства СССР".

Официально утвержденное Положение о чемпионате чуть отодвинуло сроки. Пятый пункт: "Все спортивные общества, команды которых участвуют в первенстве СССР, обязаны не позднее 5 мая с.г. подать именные заявки на участие в первенстве во Всесоюзный комитет по делам физкультуры и спорта при СНК СССР - Москва, Скатертный пер., 4.

Именные заявки должны быть поданы по прилагаемой форме с тремя фотокарточками на каждого заявленного игрока. Заявки должны быть заверены ЦС общества и местным комитетом по делам физкультуры и спорта".

Пункт девятый значительно сузил источники комплектования участников первенства: "За команды, участвующие в первенстве СССР, имеют право выступать физкультурники, состоящие членами данного спортивного общества". К примеру, "Спартак" мог пополняться не кем угодно, как это было дозволено в первом чтении, а только спартаковцами, "Динамо" - динамовцами и так далее. А предыдущий, 8-й пункт внес в, казалось бы, ясный как день вопрос неразбериху: "Дозаявки и перезаявки могут быть поданы во все время розыгрыша первенства не позднее чем за 10 дней до игры, причем дозаявленный игрок допускается к игре только после утверждения Главной инспекцией спорта".

Этот параграф полностью обесточил, сделал ненужным упомянутый нами 5-й пункт, ограничивавший последний срок подачи заявок пятым мая. Не успел к указанному сроку - заявляй и дозаявляй, когда тебе заблагорассудится.

Широко открытыми шлюзами первым воспользовался харьковский "Спартак". В середине мая с одобрения Главной спортивной инспекции при Комитете физкультуры девять футболистов из общества "Динамо" перекочевали в "Спартак". Солидная инъекция не способствовала повышению жизнедеятельности спартаковцев. Команда, от которой на Украине ждали как минимум утверждения в группе сильнейших, сползла на не подобающее городу с давними футбольными традициями 21-е место. Но дело не в этом. Действуя в согласии с пунктом 8 Положения, харьковчане при попустительстве законодателей нарушили следующий - 9-й пункт, согласно которому команды имели право пополняться исключительно из родственного (в данном случае спартаковского) общества. Как нарушил его и Корнилов, перешедший из "Динамо" киевского в "Спартак" московский. Кроме того, экс-динамовец пренебрег еще одним правилом, которого спортивные власти придерживались неукоснительно: сыграл в одном турнире за две команды. Но не он первый отошел от стр! ого соблюдавшейся в течение трех первых чемпионатов традиции.

ПИОНЕР

Первопроходец - Андрей Протасов. Успев сыграть и забить в составе ростовского "Динамо", он уже в третьем туре выступил за ЦДКА и стал таким образом первым в СССР футболистом, в течение сезона сыгравшим за два клуба. Протасов превзошел Корнилова по числу нарушений действующего футбольного законодательства, преступив его трижды: а) сыграл в первенстве за две команды; б) перешел в ЦДКА из другой, динамовской организации; в) нарушил дозаявочный десятидневный срок. Вины футболиста в данном случае нет - блюстители порядка позволили. По большому счету и они ни при чем: в столкновении законов футбольного и государственного приоритет последнего не оспаривался. 23-летнему спортсмену страна предоставила возможность исполнить дарованную Конституцией почетную обязанность (и одновременно священный долг) защищать Отечество в рядах Красной армии. Осознавая государственную важность возложенной на Протасова миссии, не стоило мне упоминать о нарушении каких-то малозначащих пунктов футболь! ного кодекса. Не стал бы этого делать, если бы не одно обстоятельство. Удивила оперативность, с какой обычно инертные, неповоротливые чиновники оформили перевод футболиста из ростовского "Динамо" в ЦДКА.

Если предположить, что Протасов получил повестку 16 мая, в день игры ростовчан с ленинградским "Сталинцем", наутро явился на сборный пункт и сразу же был направлен для несения воинской службы в армейский футбольный клуб, руководители ЦДКА, не дожидаясь прибытия призывника, в тот же день оформили дозаявку, переслали ее в Комитет физкультуры, а Главная инспекция спорта незамедлительно ее утвердила (что физически было невыполнимо), Протасов мог сыграть за ЦДКА согласно закону не ранее чем 10 дней спустя, то есть 27 мая, а реально - 4 июня, в день календарной встречи армейцев со "Стахановцем". Но случилось это, не поверите, неделей раньше - на четвертый день (20 мая) после прощальной игры Протасова в Ростове, откуда он стремглав помчался в Одессу (вряд ли в военкомат успел заглянуть), где его новые боевые товарищи проводили игру с местным "Динамо". Протасов на поле вышел, но гола не забил. Сделал это другой новобранец команды:

Григорий ФЕДОТОВ

Игра ЦДКА, безнадежного аутсайдера двух предыдущих турниров, в сезоне-1938 преобразилась. Освежил и значительно усилил ее весенний призыв, пусть не массовый, но весьма качественный: ряды Красной армии пополнил лучший игрок "Металлурга", да и всего довоенного советского футбола - Григорий Федотов.

По объективным, не зависящим от меня причинам не довелось мне увидеть в деле этого выдающегося мастера в расцвете сил и огромного, щедро отпущенного свыше дарования. Представление о его игре сформировали многочисленные рассказы, устные и письменные, очевидцев. Наиболее емкую и четкую характеристику Мастера с большой буквы, как мне кажется, дал блестящий журналист, пожалуй, лучший из всех повествовавших о футболе, Лев Иванович Филатов:

"Не хочется называть то, что он делал, служебными словами: дриблинг, финты, навес, прострел, удар. Тогда что-то исчезнет. Верно, все это он делал, но настолько по-своему, не заученно, а по-федотовски, что вроде бы он показывал всем, как еще можно играть в футбол. Все, чего касалась большая федотовская нога, выглядело совсем не так, как мы привыкли видеть. Сильно пущенный им мяч почему-то мягко и удобно снижался прямо под удар партнеру. Вратарь на месте, а мяч после прикосновения Федотова его таинственно огибает и ложится в сетку. Ему бы полагалось бежать влево - там свободно, а он режет угол, сближается с защитником и, будто не замечая его, прокидывает мяч вперед и продолжает бег, уклонившись от столкновения, и бьет, почти уже падая, в дальний угол. Мяч летит к нему, он склоняется почти до травы и бьет подъемом ноги в верхний угол. Федотов на поле - и ты глазеешь, очарованный, и за счетом матча не следишь, ждешь, когда же снова он встретится с мячом и что-то еще невидан! ное покажет...

Он не развлекал публику, он удивлял и восхищал...

О федотовском ударе, одном из труднейших, - с лету с поворотом - писали, изготавливали учебные кинограммы. Не знаю, помогло ли это кому-нибудь. Я же помню: для Федотова все четыре угла ворот были одинаковы, он попадал как по заказу, как на спор, будто большая его нога брала мяч и швыряла, куда он хотел, в любую точку, дурача и приводя в отчаяние вратарей.

Есть форварды - рыцари определенных достоинств. Я затрудняюсь выделить какие-либо стороны дарования Федотова. Идут годы, сменяют друг друга на поле поколения, а Федотов в памяти держится особняком, как мастер, выразивший себя искусством игры".

Времени на акклиматизацию в новой команде понадобилось не много. Федотов мог сыграть с листа с любыми партнерами в любом коллективе, что не раз доказывал с блеском в составе сборной Москвы в междугородних матчах и "Спартака" - в международных. Проблема заключалась в партнерах, которые не всегда успевали предвосхищать, предугадывать оригинальные замыслы маэстро, его неожиданные, нестандартные ходы. В подтверждение приведу отрывок из отчета Михаила Ромма о матче ЦДКА с тбилисским "Локомотивом", выигранном армейцами - 2:0 (оба мяча забил Федотов):

"Четыре мяча мог забить ЦДКА. Дважды Федотов мастерски выкатил Орехову, но тот, не понимая тонкой игры своего соседа, не оказывался на месте". Журналист не отказал себе в удовольствии описать и оба федотовских гола - один краше другого: "Одна из атак ЦДКА кончается угловым мячом, и с подачи Киреева Федотов в прыжке красиво и сильно направляет мяч в дальний угол ворот...

Федотов почти у самой лицевой линии перехватывает головой мяч, пущенный Протасовым, и под труднейшим углом направляет его под перекладину. Зрители награждают мастерство Федотова аплодисментами".

В следующей игре, с ленинградским "Сталинцем", армейский бомбардир забил четыре мяча. Один из тренеров московского "Динамо" Виктор Дубинин, впечатленный игрой Федотова, большую часть порученного ему отчета посвятил армейской приме:

"...общее внимание к себе приковывает левый крайний Григорий Федотов.

Хорошие физические данные, изумительная гибкость, великолепный бег, техника, удар, обманы противника телом демонстрирует этот класснейший футболист в каждом своем выступлении... А если к этому добавить, что у Федотова прекрасная способность в доли секунды разбираться в сложнейшей обстановке у ворот противника и умение выбирать наиболее выгодное для своей команды решение, то станет ясной его устойчивая результативность в играх.

Федотов всегда готов к решительному рывку... Три мяча из четырех забитых им Федотов провел "единолично", буквально протаскивая мяч не менее 30 - 40 метров, обманывая своего "сторожа" Копченова. И последнее, что привлекает к Федотову симпатии всех наблюдающих его игру, - это образцовое поведение на поле. Грубость или иные неэтичные выходки, так часто, к сожалению, наблюдаемые в этом сезоне, несовместимы с именем Григория Федотова - бойца рабоче-крестьянской Красной армии".

Редчайшее сочетание выдающихся профессиональных и человеческих качеств помимо перечисленных - скромности, отзывчивости, доброты, джентльменства, терпимости, толерантности к беспощадным "сторожам", оставившим на его измученном теле многочисленные отметины.

Играя на месте левого края, Федотов не только отменно справлялся с основной задачей фланговых форвардов - подносчика снарядов, но в промежутках, по совместительству, "подрабатывал" бомбардиром, став самым метким стрелком Красной армии.

Начав вальяжно, нестроевым шагом (четыре очка в пяти играх), отряд подобрал наконец ногу и после семи подряд побед вышел из темной чащи на залитую солнцем и манящую в светлые дали дорогу. Неожиданно в районе турнирного экватора густой туман поглотил хрустальную мечту: всего три очка в четырех матчах. Шанс призрачный, теоретический, едва поддерживал жизнь в надежде, умирающей, как принято считать, последней. Даже победы в девяти оставшихся матчах не гарантировали выполнения главной боевой задачи. Необходимы были потери и в рядах многочисленных конкурентов.

Армия, ведомая Федотовым, сделала почти невозможное - восемь кряду побед в восьми матчах с общим счетом 25:3! Благодаря стремительному марш-броску и не без помощи то и дело спотыкавшихся и падающих соперников ЦДКА перед последним туром вышел в лидеры. Впереди - никого. Рядом с равными шансами - "Спартак" и "Металлург".

Федотов на своих плечах вынес попавший в переделку отряд, вернул ему веру и надежду. Сыграл в семи победных матчах из восьми и забил 11 мячей. Опровергнув расхожий постулат, он доказал, что и один в поле воин, если имя его Григорий Федотов.

ТРЮКАЧ

Вырвав из рабочей среды Федотова, армия "демобилизовала" и направила в распоряжение "Металлурга" Ивана Митронова. Обмен неравноценный. Предположить, чтобы во времена острого дефицита на высокохудожественную литературу нашелся чудак, пожелавший за томик стихов Цветаевой или Мандельштама получить роман Чернышевского "Что делать?", невозможно. Такого быть не могло. В футболе же сделка свершилась. С позиции силы. Желанием металлургов, бессильных перед защищенным Конституцией военным ведомством, никто не интересовался. Между тем Митронов в команде прижился, живой интерес к чужим воротам сохранил, работу свою исполнял исправно и посильную лепту в продвижение "Металлурга" по горной турнирной тропе внес, забив более десятка мячей.

Однако первую скрипку в команде Бориса Аркадьева играл вернувшийся на завод после долгого перерыва Сергей Капелькин. Тренер, души в нем не чаявший, доверил Капелькину ответственную должность в центре атаки, с коей форвард справился отменно. По масштабам дарования он уступал Федотову заметно, но забивать любил и умел и конкуренцию ведущим бомбардирам составил серьезную. Играл просто, без изысков, внешних эффектов, зато эффективно и пользу команде принес немалую. Его козыри - скорость, хлесткий удар, выбор позиции, настырность. Капелькин постоянно шел на вражеские ворота, а врожденная интуиция, или, как говорят в футболе, голевое чутье, позволяла вовремя встречаться с мячом в самой благоприятной для обстрела ворот точке. Делал он в таких случаях ходы, подобно шахматисту в блице - быстро и ловко. Мяч под удобную ногу не перекладывал, какой сподручнее, левой или правой - без разницы, - той и забивал.

Освоился Капелькин в отличие от Митронова не сразу. Прорвало где-то в середине пути, и остановить его было уже довольно сложно. А на исходе лета - в начале Осени отколол он номер, оставшийся в отечественной футбольной истории непревзойденным и неповторенным.

Прежде несколько слов о графике движения "Металлурга". После ухода Федотова вряд ли кто мог ставить на команду, наделавшую много шума в сезоне-1937, когда вплоть до последних туров она реально претендовала на первенство. Потому невзрачный 50-процентный результат на старте (семь очков в семи играх) скорее обрадовал немногочисленных его поклонников, нежели огорчил - не до жиру, быть бы живу. Все изменилось в мгновение ока по мановению волшебной дирижерской палочки мудрого педагога и незаурядного специалиста Бориса Аркадьева. Какие он нашел слова, какие тактические ходы, что изменил, не тронув личного состава, - понятия не имею. Зато доподлинно известно, что команда перестала проигрывать, а стремительное пополнение очкового бюджета очень скоро приблизило ее к солидной группе рвущихся к трону. С соседом по таблице, киевским "Динамо", и предстояло 20 июля выяснять отношения на своей территории. Успех в поединке с конкурентом с лихвой возмещал возникший между ними минимальный! очковый дефицит.

"Металлург" выиграл (3:2) благодаря с блеском исполненному Капелькиным "трюку со шляпой" - хет-трику. В этой игре центрфорвард хозяев забил столько, сколько в предыдущих двенадцати турах. В следующих двух встречах факир исполнил сложнейший трюк "на бис" и стал единственным в истории СССР и новейшей России футболистом, кто в трех подряд играх чемпионата сделал по хет-трику!

Не менее, а то и более ожесточенная борьба велась среди основной массы участников, не потерявших еще возможности зацепиться за спасительное 12-е место. Многочисленные мужские схватки сотрясали едва ли не все этажи турнирной высотки. Цена каждого очка возрастала ежедневно. Бойцы для достижения цели в средствах себя не стесняли.

Вновь проявился рецидив старой хронической болезни, всколыхнувший прессу. Не надеясь на медперсонал и в первую очередь хирургов (они и на сей раз оставались инертны), мастера печатного слова сделали все, что было в их силах, - призвали контингент к самолечению. Самый из них активный, Михаил Ромм, очередной материал на вечно живую тему озаглавил так:

"ИГРА НА МЯЧ И ИГРА НА ЧЕЛОВЕКА"

Небольшие из него фрагменты:

"Смирнов, средний нападающий московского "Динамо", был серьезно поврежден и выбит из игры на весь сезон в матче против ростовского "Динамо". "Случайно" это произошло вскоре после того, как он забил второй мяч в ворота противников.

Алексей Соколов, левый полусредний "Спартака", в матче с московским "Динамо" был вынужден покинуть поле, получив удар по щиколотке. "Случайно" это произошло немедленно после того, как он забил третий мяч.

Пономарев, крайний нападающий московского "Динамо", в матче с киевским "Локомотивом" был унесен с поля с переломом ноги. Комиссия, расследовавшая этот эпизод, признала его случайностью. "Случайно" случайность произошла тогда, когда Пономарев в третий раз на протяжении нескольких минут обвел левого полузащитника "Локомотива". "Случайно" Пономарев получил удар по середине голени в то время, как мяч находился на земле, в двух метрах впереди.

Ударом в спину выведен из строя с серьезным повреждением средний полузащитник "Сельмаша" Рагозянский.

Ничего общего с неизбежными подчас травмами при энергичной и резкой борьбе за мяч эти "случайности" не имеют. Они вызваны манерой выбивать ведущих игроков противника, свойственной отдельным нашим мастерам, - манерой, глубоко чуждой духу советского спорта.

Нам не нужны победы, достигнутые ценой здоровья лучших игроков. Судьи, не умеющие выловить этих "специалистов по выбиванию", тренеры и руководители коллективов, оставляющие их в составе команд, несут ответственность за эти недопустимые "методы" наравне с применяющими их игроками".

Убежденный в здоровом духе советского футбола ("Большинство наших мастеров играет безупречно, корректно"), автор привел обширный список джентльменов, противопоставив им "представителей другой "школы" - игры на человека": армейца Орехова, металлургов Алякринского и Родионова, спартаковцев Алексея Соколова и Артемьева, динамовцев - Киселева (Ленинград), Лифшица (Киев), Джорбенадзе (Тбилиси).

Появление статьи 1 октября не случайно. В тот день состоялся один из ключевых матчей, от результата которого зависело распределение мест в первой тройке. Желая предупредить возможные эксцессы, Ромм провел профилактическую воспитательную работу:

"Сегодня встречаются московский "Спартак" и "Металлург". Результат матча очень важен. Борьба будет острой. Нужно, чтобы она была корректной. Мы ждем этого от обеих команд, в первую очередь от Алякринского и Родионова, от Алексея Соколова и Артемьева.

Мы ждем не игры на человека, а игры на мяч - единственно приемлемой для советского футбола манерой игры".

Не знаю, успели футболисты перед игрой прочитать обращенные к ним слова. Во всяком случае, поведение обеих команд, державших себя в рамках приличия, не могло не удовлетворить воспитателя. Чего не скажешь о результате: Ромм болел за "Спартак" и не скрывал этого - в 60-е годы из-под его журналистского пера вышла книга под заголовком "Я болею за "Спартак".

К моменту очной встречи "сталевары" выложили беспроигрышную серию длиною в 11 матчей, а в последних шести только выигрывали. Очередная победа удлиняла обе серии и, что главное, уравнивала шансы сторон.

Учитывая необычайную турнирную значимость матча, обе команды пристальное внимание уделили главным бомбардирам оппонентов и в этом преуспели: "Металлург" прихватил лучшего спартаковского снайпера Алексея Соколова, а красно-белые глаз не спускали с разбушевавшегося Капелькина. Только раз недоглядели - обошлось: форвард в ворота не попал. Зато отличился другой дебютант. Экс-армеец Иван Митронов под занавес первого тайма и незадолго до конца второго дважды пробил Жмелькова. В промежутке между митроновскими голами Семенов реализовал пенальти. Это все, что удалось "Спартаку".

Победу "Металлурга" обозреватели сочли закономерной. Возможно, такой же вывод последовал бы при любом исходе матча, в котором обе команды могли забить не единожды.

Аркадьевцы продолжили впечатляющую выигрышную и беспроигрышную серии. Вторая будет иметь продолжение и станет в довоенный период рекордной. После неудачи 19 июня в матче с ЦДКА (0:2) "Металлург" четыре с половиной месяца не знал поражений, а победа над "Спартаком" открывала великолепные перспективы: появилась возможность реализовать упущенный на финише предыдущего сезона шанс. Тем более что пять из шести оставшихся матчей, и все с новичками, намечались в Москве. Только результат последней игры в Тбилиси с динамовцами не казался очевидным.

"Спартаку" предстоял путь длиннее (восемь игр), но тоже по гладкой асфальтированной дороге (в переносном, естественно, смысле - таковых в стране было немного). Семь игр в Москве, одна - неподалеку, в Ленинграде, куда экс-чемпионы вынуждены были отправиться для выполнения простых формальностей: принятия акта о капитуляции от прозябавшего в подвальных помещениях "Зенита". Да и все остальные соперники находились в то время на почтительном от лидеров расстоянии.

Не без приключений спартаковцы преодолели оставшуюся часть дистанции - порой и на безупречной, благоустроенной трассе их заносило. Об этом чуть позже. А пока предлагаю вернуться в лето, где мы простились со "Спартаком" (см. "СЭФ" № 113) после страшного нокдауна от ленинградского "Динамо" и вымученной победы в Одессе.

ГВОЗДЬ СЕЗОНА?

23 августа - гвоздь сезона: "Динамо" - "Спартак". Таковым было общественное мнение. Несмотря на неимоверную толчею в головной группе, множество достойных конкурентов, обозреватели прочили в чемпионы победите

• источник: sport-express.ru

Быстрая и бесплатная служба доставки новостей

Подписывайтесь на наш канал «CSKA.INternet» в Telegram или
установите себе наш виджет на Вашей странице Яндекса
Оставить первый комментарий
Сейчас обсуждают