Тренер молодежной команды ЦСКА Евгений Варламов: «Главный мой учитель — Олег Долматов»

Евгений Варламов - один из символов футбольного ЦСКА на стыке веков и клубных эпох. Расцвет его футбольной карьеры в составе армейцев связан с именами Павла Садырина и Олега Долматова, которые неизменно делали ставку на Евгения как на одного из лидеров команды. Варламов закончил карьеру игрока уже в 2007-м в составе "Терека", выйдя с командой в премьер-лигу. В августе 2008 года Варламов был назначен одним из помощников старшего тренера молодежной команды ЦСКА - голландца Йелле Гуса. Теперь он передает свой опыт и знания подрастающему поколению. С Евгением Варламовым беседуют Алексей Андронов и Александр Шмурнов.

- Много говорят о поколении спартаковцев, которые оставили яркий след в российском футболе и теперь в разном качестве и с переменным успехом появляются в новых ролях. ЦСКА тоже дал целую когорту игроков, которых можно ждать в нашем футболе в новом качестве. Вас, наверное, можно поздравить с назначением: это ответственная роль - готовить молодежь. А кто из вашего поколения еще раньше начал работать в футболе?

- Дима Хомуха работает в школе ЦСКА, он занимается с ребятами 1995 года рождения, Александр Гришин - с 1992 годом. Мы с Валерой Минько помогаем Йелле Гусу в молодежной команде ЦСКА. Максим Боков работает исполняющим обязанности ФК "Машук", Валерий Новосадов в подольском "Витязе" работает тренером вратарей. Володя Кулик работает в спортивном отделе в московском секторе "Газпрома".

- Ваше поколение можно считать реализовавшимся и не затерявшимся. Хотя некоторым к моменту окончания карьеры будущее не казалось безоблачным. А вы сами успели заработать на безбедную жизнь после футбола?

- Я ведь играть в команде мастеров закончил практически позже всех ребят нашего поколения. В прошлом году мы вышли с «Тереком» в премьер-лигу, и я решил, что свою профессиональную деятельность футболиста я заканчиваю. Сразу же поступил в Высшую школу тренеров (ВШТ), до сих пор там учусь, и в конце декабря у меня лицензирование. Если говорить о деньгах, то заработать я успел. Моя семья безбедно живет, растим детей. Я все-таки играл в футбол не в начале 1990-х, а в конце, когда нам начали платить достойную зарплату, когда, в частности, в ЦСКА пришел Евгений Гинер, с которым все постепенно начало подниматься и вставать на ноги.

- Сейчас деньги в футболе крутятся гораздо большие. Не бывает досадно, что расцвет карьеры пришелся на менее богатое время?

- Мне не о чем жалеть. А затраты в футболе, думаю, выросли естественным путем. Это пошло от желания привлечь классных футболистов в российский чемпионат. У иностранцев высокие контракты, условно говоря, если брать время появления первых настоящих звезд, $50 тысяч в месяц, а у российского игрока всего $5 тысяч. Из-за этого несоответствия возникали и возникают порой до сих пор конфликты внутри команды. Тогда руководство, понимая всю опасность ситуации, начинает поднимать контракты российских ребят до уровня легионеров. Слава богу, условия позволяют.

- Опасность в том, что российские игроки, в том числе из-за лимита на легионеров, перестанут расти. Хотя есть и плюсы, наверное: вот ЦСКА полгода назад полностью сменил дубль, игроки ушли, оказались в той или иной степени востребованными во взрослых командах, а на их местах уже заиграли новые сильные молодые ребята.

- Да, освободившиеся места не пустовали ни дня. У нас в школе ведется очень грамотная работа, позволяющая отбирать перспективных молодых игроков. Тренеры работают очень серьезно с каждым возрастом и специально готовят ребят к выпуску. Надо понимать, что не все сразу попадут в основную команду ЦСКА, всем надо к этому быть готовыми.

- Вы совсем недавно начали работать с дублем. Расскажите о структуре турнира молодежных команд, о принципах работы.

- Во-первых, в этом турнире могут играть только футболисты до 21 года, и при этом в каждом матче могут принять участие только три человека из первой команды, а также три иностранца. Это все-таки необходимо для всех, и для тех самых игроков, которые приходят из первой команды, в первую очередь. Тренировки есть тренировки, но соревновательная практика жизненно необходима.

- Пока получается, что некоторые иностранцы играют только в молодежном турнире...

- В этом тоже есть свой смысл. Не только они поддерживают форму, но и наши отечественные молодые футболисты растут, учатся.

- Развитие футбола в стране все же должно прирастать своими силами. И появление молодых тренеров нельзя не приветствовать. А что вы думаете по поводу вечного спора, нужно ли приглашать иностранцев в наш футбол? От Гуса Хиддинка до молодого парня в дубль.

- На примере Хиддинка мы убедились, что голландская школа неспроста считается одной из самых сильных. Поэтому, в частности, ЦСКА и пригласил на должность главного тренера молодежной команды Йелле Гуса. Хотя это вовсе не новичок в своем деле. Это известный тренер, у него есть оригинальная программа подготовки футболистов, он сам был куратором одной из футбольных школ в Голландии и имеет колоссальный опыт работы с молодыми игроками. Ему удалось многое изменить в молодежной команде, все перестроить в школе, изменить тренировочный процесс и так далее. На мой взгляд, все, что он сделал, идет только на пользу и команде, и школе, и клубу. Хотя есть среди наших тренеров те, кто тяжело воспринимает все эти изменения.

- Каким образом вы, молодое поколение тренеров, учитесь у голландца?

- Я руками и ногами за учебу и в ВШТ пошел за тем, чтобы стать профессионалом в новом деле. И, конечно, готов учиться у тех, кто работает рядом. Очень рад, что получил приглашение в ЦСКА, большое спасибо руководству клуба и болельщикам, поддержавшим меня.

- Вы сознательно начали карьеру тренера с молодежной команды? Был, наверное, вариант стать главным в какой-нибудь команде первого или второго дивизиона? Не пугает ли вас тенденция, возникшая в нашем футболе в среде молодых тренеров? Пока только Кобелев смог долго проработать с одной командой, побыв некоторое время вторым. А опыт других, например Чернышова, Шалимова, оказался неудачным.

- Не пугает, но заставляет задуматься. Я считаю, что с этим справлюсь. Я уверен, потому что у меня хорошие учителя: в данный момент Гус, а до него Долматов, Садырин, Бышовец, Романцев. Я многому у них научился, и сейчас у меня достаточно крепкий фундамент, на котором я могу уже строить что-то свое. Конечно, было бы хорошо начать со своей команды во второй лиге, потом плавно перейти в первую и так далее.

- Когда, на ваш взгляд, футболисту можно начинать платить серьезные, большие деньги, не боясь, что они начнут разрушать его стремление работать, добиться серьезных высот в карьере, вообще разрушать личность?

- Это трудная тема. Для игрока порой большая зарплата становиться проверкой на прочность. Если тянуть с хорошими выплатами, мы можем просто потерять талантливого футболиста. Ведь, попадая в команду, игроки тут же начинают сравнивать, кто сколько получает, почему и так далее. Я считаю, что в этом вопросе должна быть строгая субординация и большие зарплаты должны появляться только у играющих в первой команде.

- Что значит "играет в первой команде"? Вот спартаковец Рыжков, сыгравший один матч в основном составе и сразу забивший, - это уже игрок основы и может рассчитывать на зарплату, скажем, Радослава Ковача?

- При подписании контракта и назначении зарплаты учитывается все, в том числе и сколько футболист сыграл матчей, сколько провел времени на поле и так далее. Неправильно давать сразу кучу денег только за то, что парень стал тренироваться в первой команде.

- Как же себя чувствуют в дубле ЦСКА высокооплачиваемые легионеры Янчик и Калоуда?

- Довольно скромно. Калоуда попал в дубль не случайно, он не забивал в первой команде. У него прекрасная техника, футбольное мышление, а забить не может. И его направили в дубль с тем, чтобы «прорвало», чтобы забил один-два гола - и пошло-поехало. Тренер пытается найти для него оптимальный вариант, желая помочь футболисту и команде.

- Ваши ребята не обижаются, что им приходиться сидеть на скамейке и ждать, когда наконец-то у нападающего из основы прорвет и он опять уйдет играть в первую команду?

- Вот здесь начинается работа тренера дубля, который должен найти ободряющие слова и для первого игрока, и для второго. Сделать так, чтобы никто не обижался, а наш парень, оказавшийся на скамейке, набирался опыта и смотрел во все глаза, как работает профессионал. К слову сказать, Калоуда прекрасно сыграл в дубле с «Лучом» и очень помог команде.

- Что сейчас из своего юношеского опыта футболиста вы можете передать своим подопечным, а что передать уже нельзя?

- Можно передать свое отношение к футболу, к профессии, свое умение выстраивать связи на поле. Нельзя передать те особые, очень полезные для многих молодых игроков отношения с так называемыми дедами, которых сейчас в нашей команде просто нет. Опытные футболисты в наше время брали на себя роль воспитателей для нас, молодых, еще зеленых, передавали нам дух команды, традиции клуба и строгость субординации.

- Вы начали свою карьеру в очень необычной для современного российского футбола команде - челнинском "КАМАЗе". Расскажите о ней поподробнее.

- Это была заводская команда, поднявшаяся из низов. "КАМАЗ" начинался с первенства цеха, а потом команда дошла постепенно до высшей лиги. Я играл вместе с Ваней Винниковым - это тот единственный футболист, который проделал весь этот путь вместе с командой.

- Насколько воспоминания о той команде у вас ассоциируются с Валерием Четвериком?

- Я благодарен ему, что он пригласил меня из Казани в Набережные Челны и с самого начала доверял. При нем я начал играть в основном составе, благодаря чему меня заметили и пригласили сначала в юношескую сборную, потом в молодежную, а затем и в ЦСКА. Я благодарен в первую очередь ему, что состоялся как футболист. К сожалению, у нас сильно испортились отношения, когда я уже играл в ЦСКА.

- Четверик, Найденов, Овчинников - это была особая каста тренеров-администраторов. Какую футбольную науку могли такие тренеры преподать?

- Для меня это был футбол на высоком уровне. Он мне доверял, но мало что подсказывал. У нас в команде были ветераны, которые брали на себя обучающую функцию. Они подсказывали коротко и ясно, что надо делать на поле, поправляли ошибки. Мне этого было достаточно.

- Чем для вас был переход в ЦСКА из "КАМАЗа"?

- "КАМАЗ" вылетал в первую лигу, а в этот момент у меня уже было несколько предложений из московских клубов и из клубов других городов. Я всю жизнь болел за киевское «Динамо» и за ЦСКА. Так что мой выбор был определен. К тому же мне понравились тренер и серьезный разговор с руководством клуба - откровенный, открытый, без каких-либо двусмысленностей.

- ЦСКА в тот момент был в странной ситуации. Яркое, успешное поколение игроков уходило. Насколько, на ваш взгляд, это был переходный период в истории клуба?

- Да, очень сложный был период. Осталось семь-восемь человек из звездного состава и те ребята, которые уже ездили с основной командой, но еще не играли, плюс новые игроки со стороны. По сути дела, создавалась новая команда. Было тяжело, потому что нас, новичков, все время сравнивали с теми, кто ушел, а нам хотелось выглядеть лучше. Группа возрастных игроков держалась немного в стороне и на контакт не шла, но несколько совместных тренировочных сборов - и коммуникации в команде наладились. Мы показали, что приехали выигрывать и настроены уважительно по отношению к костяку команды. Нас приняли, и чемпионат мы уже начали, конечно, не как одна семья, но как дружная компания.

- Визитной карточкой того ЦСКА является, на наш взгляд, победа над «Спартаком» - 4:1. Тогда все заговорили о новом ЦСКА, созданном Долматовым.

- Долматов еще до прихода в ЦСКА показал себя как первоклассный тренер, просто общественность стала следить за ним более пристально только в армейском клубе. Перед игрой со «Спартаком» он сказал, что нельзя сидеть в своей штрафной, а надо прессинговать все 90 минут. Играть агрессивно он нас учил с первого дня своего прихода и целенаправленно бить в чужие ворота. Честно говоря, после этого матча мы по-прежнему боялись думать о каких-то призовых местах в чемпионате. За этой победой последовали другие, и только тогда мы начали думать, что все-таки можем выиграть чемпионат. В этот момент ЦСКА споткнулся о «Локомотив». Мы тогда с ребятами сели и начали говорить, что должны встряхнуться, собраться и не упустить наш шанс. К слову сказать, это поражение нас еще больше усилило, и мы смогли сделать то, что сделали.

- Почему это оказалась пиковой точкой для тогдашнего ЦСКА?

- В следующем сезоне мы заняли только третье место. Этому было несколько причин. Во-первых, наши соперники стали настраиваться на игру именно с нами. Во-вторых, страшная трагедия в семье Долматова, у которого зимой на сборах пропала жена. Он очень сильно переживал это несчастье и долго не мог прийти в себя. Команда крепко связана с тренером, поэтому у нас провалилась межсезонная подготовка, да и матчи второго круга проходили как-то хаотично, с совершенно другим настроем.

- Не кажется ли вам, что прогресс ЦСКА, увенчавшийся победой в Кубке УЕФА, заложило именно ваше поколение, в том числе и в матче со «Спартаком», где вы поверили своему тренеру и начали играть с чемпионом в агрессивный футбол?

- До ЦСКА другие команды тоже обыгрывали "Спартак". К слову сказать, тем же оружием. Помню, когда еще я играл за "КАМАЗ" в Набережных Челнах, мы победили "Спартак". Но для нас в ЦСКА тогда действительно было время новых открытий, нового вызова.

- Вы, молодой тренер, бывший защитник, понимаете, что сейчас нужно ставить игру в атаке? Еще лет семь назад тренер мог сказать: мол, я поставлю игру в обороне, а впереди пусть ребята придумывают сами. Но сейчас скорости стали выше, так мало пространства на поле, что нужно ставить игру в атаке.

- Я считаю, что все надо делать по цепочке. От обороны переходить к средней линии, затем в атаку, к атакующим действиям - и переход опять в оборону. На каждое командное действие надо делать акцент, сначала на оборону, а потом на атаку. Может быть, правда, я так рассуждаю, потому что всегда был защитником.

- При этом ЦСКА с тренером Газзаевым, который был отличным форвардом, не зря считается одной из тех команд, которая организованно играет в обороне и пропускает очень мало?

- У Газзаева, можно сказать, итальянский стиль игры. Он часто ездит в Италию на учебу, у него там много друзей. Там, как вы знаете, мало пропускают, но и мало забивают.

- Вы сами поклонник какой футбольной культуры? Какой футбол дает вам пищу для размышлений, какой футбол вас растит?

- Все зависит от игры. Если игра эмоциональная, с большим количеством моментов, то здесь есть что обсудить и о чем подумать. Если же игра закрытая, то здесь и разговаривать не о чем.

- Какие чемпионаты вы смотрите?

- Все смотрю. Больше всего английский и итальянский, потому что в них больше новшеств.

- Давайте вернемся к вашей карьере и, в частности, к тем матчам, которые вы провели за сборную. Вряд ли еще найдется в истории российского футбола тренер, который проведет с национальной командой шесть матчей и все проиграет. Вы помните свое первое выступление в составе сборной в Киеве, где вы забили гол?

- Для меня это был первый опыт выступления на полном 100-тысячном стадионе. Меня, совсем еще молодого игрока, Бышовец поставил в основной состав совершенно неожиданно для многих. Мы с Валерой Минько были дебютантами в этой игре. Нам очень хотелось показать, доказать, что нас не зря взяли. Уже за несколько дней до матча мы знали, что будем играть, так как во время тренировок именно на нас делался акцент. Я всегда играл против Колыванова и Бышовец обращал мое внимание на этого футболиста, чтобы я все подмечал. Честно говоря, первые два дня было тяжело.

- Правда, что Бышовец давал установки в раздевалке шепотом, чтобы соперники ничего не прознали?

- Да, было такое. Перед самой игрой в гостинице он вызывал 11 человек и давал нам установку под шипение телевизора. Чтобы никто не подумал и ни о чем не догадался.

- После Бышовца сборную возглавил Романцев. Какой футбол он принес с собой? Как вы общались с спартаковцами, тем более в сборной их стало много?

- Помню, как-то в матче ЦСКА - «Спартак» на поле мы поцапались с Сергеем Юраном. Позже мы встретились в сборной, я ждал его реакции, он все-таки игрок более именитый и весомый, чем я. Он проявил добродушие, показав тем самым, что отношения между клубами никак не должны отражаться на отношениях в сборной.

- Была ли ревность к спартаковцам: пришел их тренер, принес клубный стиль игры, привел много своих игроков и так далее?

- Я старался понять тренера. Ставил на его место себя и проверял, как бы я себя повел в подобной ситуации. От Романцева требовали немедленного результата, и он приглашал тех футболистов, в которых был максимально уверен, а это, естественно, свои, те, кто результат давал в клубе. Затем очень важен процесс взаимопонимания с тренером. Ему не приходилось много объяснять: свои понимали с полуслова. Я не обижался. Да и не на что было. Даже когда я получил травму, Олег Иванович на сборы в Израиль вызвал всех травмированных и сказал следующее: «Мы - одна семья, мы - команда. Несмотря на ваши травмы, будем готовиться, будем все вместе». Эти слова были для меня бальзамом на душу. На подобном отношении к игроку строится и все отношение к тренеру, к его стилю, к его профессионализму.

- Какие специалисты на вас оказали влияние как на будущего тренера? Каким вы сами будете тренером?

- Я буду Варламовым, а понемногу возьму ото всех. Главным моим учителем навсегда останется Олег Васильевич Долматов. Он заложил футбольную основу в меня: тактика, система подготовки и так далее. Связь между футболистом и тренером я бы унаследовал у Садырина, который умел всегда наладить эту тонкую ниточку и держал ее при себе. У Олега Ивановича взял бы мобильность средней линии и выстраивание взаимопонимания футболистов. У Лобановского - универсализацию игрока, то есть обучение футболиста всему и использование его в любой части поля.

• источник: gzt.ru

Быстрая и бесплатная служба доставки новостей

Подписывайтесь на наш канал «CSKA.INternet» в Telegram или
установите себе наш виджет на Вашей странице Яндекса
Оставить первый комментарий
Сейчас обсуждают