Мою карьеру изменил матч на «Велодроме»

Тренер вратарей нижегородской «Волги» (официальный партнер клуба - ОАО «Газпром») Александр ГУТЕЕВ в почти двухчасовой беседе вспомнил, как начиналась его карьера, поразмышлял о том, какие проблемы сопутствуют становлению молодых голкиперов, поведал о своем путешествии в Америку и матчах в Лиге чемпионов, а также охарактеризовал вратарскую линию «бело-синих».

- Александр Сергеевич, наверное, стоит начать с самого начала. Можете ли вы вспомнить тот момент, когда решили стать голкипером?

- А его, наверное, и не было (смеется). Мне всегда нравился сам процесс, с раннего детства всем остальным позициям я предпочитал игру в воротах. Хотя сначала пытался найти себя в поле, но без особого успеха, скажу честно, а вот в «раме» сразу начало что-то получаться. Но все проходило постепенно, не было какого-то щелчка в голове.

- Согласны с мнением, что футбол для вратаря - это иной вид спорта, чем для полевых игроков?

- В целом поддерживаю такую точку зрению. Да и сколько баек ходит о том, что вратарь - это диагноз, а не амплуа.

- Вратарь вратаря видит издалека? Как в случае с рыбаками происходит?

- Думаю, что если бы зашел в раздевалку незнакомой команды, то смог бы определить, кто в ней голкипер. Как правило, вратари - более крепкие ребята (смеется). Если же говорить серьезно, то, пообщавшись со всеми игроками, можно затем выделить для себя кого-то из парней, кто наверняка защищает ворота.

- Вы начали карьеру в «Торпедо», выступая, по большому счету, во второстепенных турнирах. Были ли шансы закрепиться в основе «черно-белых»?

- Я окончил школу клуба, несколько лет провел в дубле, затем начал привлекаться к тренировкам «основы», ездить с ней на сборы. Но дело ограничилось лишь тем, что я стал попадать в заявки на игры, но возможности выйти на поле так и не представилось. Быть может, все дело было в уровне конкуренции. Тогда ворота «черно-белых» защищали Вячеслав Чанов, Валерий Сарычев, Дмитрий Харин, Алексей Прудников... Фактически эти голкиперы соответствовали уровню сборной страны, поэтому логично, что пробиться в состав было крайне тяжело. А затем меня призвали в армию. В глубине души я, наверное, рассчитывал вернуться в «Торпедо». Ведь раньше ситуация относительно переходов игроков из клуба в клуб была совсем иной. Трансферы по нынешним меркам являлись редкостью: у игроков не было контрактов, а клубная принадлежность была ярче выражена. Поэтому я надеялся использовать время службы с пользой - поиграть в одной из армейских команд, набраться опыта и вернуться обратно. Однако не сложилось.

ВРАТАРЯ ПРАВИЛЬНО СРАВНИВАТЬ С ВИНОМ

- Вы рады были тому, что оказались в ЦСКА - главной команде вооруженных сил? Ведь раньше «Торпедо» все-таки считалось более сильным клубом.

- Действительно, армейцы в те годы играли даже в первой лиге, «автозаводцы» же являлись легендой отечественного футбола, постоянно бились за высокие места, игроки получали регулярные приглашения в сборную страны. Поэтому справедливо мог расценить сложившийся поворот событий, как шаг назад. А потом понял, что все нормально, можно играть и прогрессировать и в составе «красно-синих» (улыбается).

- Разве можно так рассуждать, будучи семнадцатилетним голкипером? Что самое сложное для вратаря в этом возрасте?

- Во-первых, между детским, юношеским и взрослым футболом - целые пропасти. Человек, который подает надежды в детском футболе, может преодолеть первое расстояние, а затем просто-напросто потеряться. И ни для кого не секрет, что так происходит с большинством юных дарований. Требования взрослого футбола гораздо выше и жестче, конкуренция формирует огромное количество факторов, которые необходимо перебороть и преодолеть. Совершенно естественно, что это дано не каждому. Поэтому самое сложное - пробиться из юношеского футбола во взрослый. Не затеряться по пути к нему. Ведь талант - уникальное понятие. Ты можешь быть талантливым в 15 лет, а в 20 тебя уже никто не будет знать. Большинство людей говорит о состоявшихся мастерах, не обращая внимания на сложность пути, который проходит каждый из них. На моей памяти многие ребята так и не смогли сделать этот шаг. Весь секрет в том, что вратарь - это особая позиция. Помимо физической подготовки, наличия определенных тактических навыков, большую роль играет психология. Психологическая устойчивость - это такой фактор, который некоторым просто не дано обрести к двадцати годам.

- Но этому можно научить? Привить ее?

- Очень сложно. Я бы даже сказал, что все попытки носят сомнительный характер. Психологическая устойчивость либо даруется природой, либо нет. Другой вопрос, что порой она приходит к голкиперу с годами, прививается после нескольких сезонов. Но опять же - все эти процессы носят естественный характер, ведь с возрастом у человека меняется мировоззрение на окружающий мир. Вратаря правильно сравнивать с вином - необходима выдержка, поэтому мы знаем лишь единицы фамилий голкиперов, которые заиграли в молодом возрасте. Харин и Акинфеев - примеры отечественной школы - настоящие уникумы, выступавшие стабильно с первых лет карьеры. Ведь мы даже не затронули одну из самых распространенных проблем молодых голкиперов. Можно обладать определенным уровнем, но показывать свой класс через раз. А что самое важное для голкипера? Стабильность! Нет необходимости прыгать выше головы, надо просто держать определенную планку, ниже которой никогда не опускаться. Сейчас же мы становимся свидетелями определенных тенденций: игроки и тренеры - заложники результата. Поэтому ждать всплесков карьеры, когда голкипер выйдет на пик, большинство современных руководителей не могут. Этим определяется проблема доверия к молодежи.

САДЫРИН РАСКРЕПОСТИЛ АРМЕЙЦЕВ

- Если затронуть еще одну типичную проблему для стражей ворот - конкуренцию, то, как складывались ваши отношения с коллегами?

- Хорошие отношения я поддерживал с Михаилом Ереминым. Тогда было счастливое время, когда мы дошли до финала Кубка страны в 1991 году. Миша был очень талантливым голкипером - одним из лучших игроков своего поколения, которое выиграло молодежный чемпионат Европы, в финале победив Югославию во главе с Просинечки. Мы с Ереминым всегда делили одну комнату на сборах, и никакой конкуренции между нами не существовало. С Дмитрием Хариным до сих пор дружим семьями. Я даже несколько раз ездил к нему в Англию, где он решил обосноваться. Сейчас обмениваемся с ним материалами, наращиваем международный опыт (улыбается). Приятно, что рабочие отношения смогли перерасти в нечто большее и сохранились по сей день.

- В те годы, когда вы играли за армейцев, для всей футбольной общественности стало большой неожиданностью, что «красно-синие», поднявшись из пучин первого дивизиона, смогли занять второе место в элите. В чем же причины такого резкого взлета?

- ЦСКА в те годы - это базовая команда молодежной сборной СССР. Коллектив, сформировавшийся к тому сезону, принадлежал одному поколению, прошел вместе немало испытаний, обрел опыт, который дополнил мастерство ребят. Команда созрела для больших свершений. Стоит отметить, что никто не мешал ей, что называется, созревать. Селекция была только точечная, без грандиозных изменений. Команда несколько лет играла в одном составе, и на подсознательном уровне игроки были уверены в том, чего стоит от них ждать. Осталось добавить совсем немного - последним элементом стал приход качественного специалиста - Павла Федоровича Садырина. Он сумел зажечь молодых футболистов идеей, поставить тренировочный процесс, вывести их на новый уровень. Кроме того, Садырин был превосходным мотиватором.

- Согласны с мнением, что армейский период карьеры Садырина, который после ЦСКА ушел в сборную страны, стал самым ярким в его карьере?

- Не стоит забывать, что Павел Федорович приводил «Зенит» к чемпионству. Поэтому в Москву он приехал, будучи тренером с именем. Но все-таки армейские годы стали особенными, как мне кажется.

- Каким человеком он вам запомнился?

- Очень простым. У него не было ни капли склонности к диктаторству. Он мог запросто шутить и смеяться с игроками. Поэтому атмосфера на тренировках была раскрепощенной. Этим он объединил коллектив. Ведь, что отличало армейские клубы? Дисциплина! Причем в достаточно своеобразной форме - после неудачных игр руководство грозилось сослать лидеров подальше в провинцию, поближе к Дальнему Востоку (смеется). Садырин же стал действовать от противного. Поэтому тот период, прежде всего, запомнился благодаря человеческим отношениям.

АМЕРИКА НАС ПОРАЗИЛА

- Кстати, в том сезоне клуб провел шесть контрольных матчей в США. Что представляли собой эти встречи? Сам факт, что армейская команда из сердца Советского Союза выехала в Штаты, уже оригинален.

- Эта поездка была, в большей степени, поощрительная. Мы отправились за океан после сезона и, конечно, уже думали об отдыхе. Большинство встреч мы сыграли с любительскими коллективами, которые представляли университеты и колледжи. Футбол больше напоминал дворовый «дыр-дыр» (улыбается). Мы побывали в Нью-Йорке, приехали затем во Флориду, чтобы посетить «Диснейленд», и между этими вояжами нам организовали несколько матчей для поднятия интереса. Помню, встречались даже с какой-то военной командой на их базе.

- Что вас - тогда совсем молодого советского гражданина - удивило больше всего в центре капиталистического мира? Быть может, что-то привезли на родину?

- Игру «Нинтендо». Таких у нас не было и в помине. Но впечатления были сумасшедшие. 90-е годы - в нашей стране все серо, мрачно, а там все сверкает. Здесь - толкотня, там - простор. Ощущение другого мира. Мы выезжали до этого и в Западную Европу, но подобных контрастов не чувствовали. Америка же нас просто поразила.

- А была ли у вас вера, когда Союз рухнул, что построить подобное возможно и в России?

- Честно говоря, такие надежды были. Чем русские люди хуже? В стране много талантливых специалистов, которые заслуживают гораздо большего, чем имеют.

ХАЗОВ ДО СИХ ПОР ВСПОМИНАЕТ «ОЛИМПИК»

- Армейцы регулярно выступают в Европе на протяжении двух последних десятилетий. Причем и ваш клуб был автором достаточно громких достижений. А каким образом нынешний российский чемпионат может быть соотнесен с первенством Союза конца 80-х - начала 90-х?

- Сложно сравнивать. В чем преимущество и одновременно прелесть союзного чемпионата: в нем выступали клубы, являющиеся представителями самобытных школ. К примеру, тбилисское «Динамо» и ереванский «Арарат» играли в одном стиле - техничном, украинские клубы отличались жесткостью, россияне старались найти нечто среднее между этими компонентами. В нынешнем же первенстве сложно кого-то выделить, не отталкиваясь от места в таблице. Большинство команд играют в схожей манере. Хорошо ли это или плохо? Скорее, второе - чем больше нюансов, тем богаче по ощущениям чемпионат. Кроме того, дерби носили все-таки более глобальный республиканский характер.

- А матч ЦСКА - «Торпедо» являлся для вас личным дерби? Кстати, клубы встретились между собой в финале Кубка.

- Нет. У меня оставались друзья в команде, а самое главное, не было никаких обид по отношению к «чёрно-белым». В кубковой встрече я остался в запасе, поэтому мог наблюдать за противостоянием со стороны.

- ЦСКА тогда сумел оформить «золотой дубль». А какое достижение вы назовете главным для себя за этот период?

- Когда мы сделали этот дубль, в клубе произошла большая трагедия - погиб Михаил Еремин. Все находились в шоке, очень тяжело переживали случившееся. Мы сплотились ради того, чтобы стать чемпионами, поклявшись чуть ли не на могиле товарища, что посвятим эту победу Еремину. Мы не могли позволить упустить себе лидерство, но в том сезоне борьба была крайне острой, буквально до последнего тура. К счастью, для нас все сложилось благополучно. Для себя же отмечу игры в Еврокубках, вокруг которых царил незабываемый ажиотаж. Ощущение мурашек по коже, когда играет гимн перед матчем. Кстати, привет Антону Хазову! (Смеется). Он до сих пор мне выговаривает за матч с марсельским «Олимпиком», который мы проиграли - 0:6.

- Это поражение - самое тяжелое в карьере?

- Скорее всего, да. Было не то что неприятно, а даже стыдно. На глазах миллионов людей мы так опозорились. Хотя объективно «Олимпик» был одной из сильнейших команд того поколения. Его цвета защищали Фабьен Бартез, Марсель Дезайи, Абеди Пеле, Руди Феллер, Базели Бали - любой игрок того состава был звездой! У нас же та команда, которая выиграла золотые медали, практически распалась. Две трети ребят получили приглашения из-за рубежа и отправились покорять Европу. Цвета клуба пришлось защищать молодежи.

НЕ МОГЛИ ИГРАТЬ ДОМА... ИЗ-ЗА ПОГОДЫ!

- И она начала свой путь в стране, которая далеко не у всех ассоциируется с футболом - Исландии. Футбол в Исландии имеет право на жизнь, на ваш взгляд?

- Знаете, что со временем осталось в памяти от визита на остров? Огромные валуны, камни и сумасшедший ветер. Играть там было нереально. Выиграли мы, впрочем, достаточно легко, что называется, «на классе», вкатившись в турнир. Зато затем попали на «Барселону».

- Какие настроения были в коллективе, когда узнали, что путевку в групповой турнир предстоит оспаривать с его чемпионом?

- Во-первых, интерес. Результат не довлел над нами. Всем было ясно, что каталонцы - фаворит, хотелось просто достойно выступить и не ударить в грязь лицом. Об итогах начали думать лишь после того, как в Москве сыграли 1:1. Поняли, что и у чемпионов играют люди с двумя ногами, двумя руками и одной головой. Но победа на «Ноу Камп» стала самой удивительной в карьере. Мы ведь уступали 0:2 при ста тысячах (!) болельщиков. Такой атмосферы в России не было и близко в те времена, когда вокруг все гудит и горит. Наше выступление было чудом, которого никто не ждал.

- Сыграть достойно в групповом турнире не получилось в силу объективных причин?

- Думаю, да. Молодежь не может биться на таком высоком уровне без опыта. Конечно, все мы приобрели необходимый опыт. Жаль только, что случилось такое поражение от «Марселя». Оно витает над нами до сих пор. У меня даже диск где-то лежит дома, пересматриваю порой (смеется).

- Вы дебютировали в Лиге в матче против «Брюгге», заменив Дмитрия Харина в перерыве. Каково было входить в игру на таком уровне со скамейки запасных?

- Это был наш первый матч в групповом этапе Лиги. И, как назло, нам чудовищно не повезло с погодой. В Бельгии лил дождь стеной при страшном ветре. После первого тайма мы уступали 0:1, при этом бельгийцы владели ощутимым преимуществом. Скажу честно, это был не тот момент, о котором мечтаешь, чтобы дебютировать в таком турнире. В итоге все закончилось для меня хорошо - что-то сам поймал, что-то в руки прилетело (смеется).

- Правда, что домашние матчи клуб также проводил за пределами России?

- Действительно, мы играли в Германии - две встречи провели в Берлине и одну в Бохуме. Это произошло из-за того, что нам запретили играть в Москве, где на тот момент времени не было условий для организации матчей подобного уровня. Причем это произошло именно из-за погодных условий. Мы проводили матчи поздней зимой и ранней весной, а что такое подогрев, в нашей стране тогда еще никто не знал. Мы прилетали и жили в группе войск, которая все еще была расположена на территории Германии. Кстати, вот еще одна причина нашего не самого лучшего выступления - дома, наверное, мы сыграли бы куда увереннее, а так провели все шесть матчей фактически в гостях. Поэтому, если вы посчитаете, то сможете сами сделать выводы о прогрессе отечественного футбола: в 1993 году мы не могли из-за организационных моментов провести матчи Лиги у себя дома, а в 2005-м - армейцы стали обладателями Еврокубка. В связи с этим хочется поразмыслить на тему перехода чемпионата на новую систему: быть может, она пойдет только на пользу? Основные матчи проводятся ранней весной, когда европейцы уже набрали форму, а мы и физически, и психологически только выходим из отпуска.

- То есть, вы являетесь сторонником перехода?

- Необходимо провести большую работу над организацией всего хозяйства. Прежде всего, нам нужно возводить новые комфортабельные стадионы. Затем уже задумываться о манежах. Не стоит ждать, что на наших трибунах станет уютно по взмаху волшебной палочки или желанию какого-то отдельного властного лица. Погоду, в конце концов, не обманешь. Даже если вспомнить начало нынешнего сезона, когда вокруг поля горы сугробов. Думаю, что такая атмосфера и условия вряд ли приятны как игрокам, так и зрителям. Сама идея перехода - хорошая, но она требует должной работы.

ФУТБОЛ - ВСЕГО ЛИШЬ ИГРА!

- Возвращаясь к Лиге, невозможно не спросить вас, как справиться с таким поражением, которое случилось в Марселе?

- Стоит понимать, что это жизнь. Хотя такие мысли, наверное, приходят уже потом, под занавес карьеры. Осознаешь, что футбол - это важная часть окружающей тебя действительности, но это всего лишь игра. У каждого бывают на работе трудные моменты, а ведь у футболистов крупные поражения - это абсолютно то же самое!

- Но болельщики не всегда прощают такие провалы...

- Я понимаю. Но стоит все-таки отдавать отчет, что профессионалы подходят к таким вопросам философски. Ясное дело, что никто не любит проигрывать, но чем быстрее воспоминания о таких ошибках стираются из памяти, тем лучше. Хотя сам могу признать, что матч на «Велодроме» мне вспоминать неприятно. Он, наверное, даже негативно отразился на моей карьере.

- В ЦСКА вы постоянно боролись за место основного голкипера, причем конкурентами всегда были одни из лучших вратарей страны. Никогда не появлялась мысль о том, что стоит сменить команду на более скромную?

- Когда понял, что уже необходимо что-то менять, она появилась сама собой. Поэтому потом и перешел в ярославский «Шинник».

- Так все-таки, что же лучше, по-вашему: быть первым парнем на деревне или одним из, но в городе?

- Плюсы есть везде (смеется). Я пытался заранее сравнить те условия, которыми обладал, с теми, в которые попаду. Основная мысль в такие моменты приходит от естественного желания каждого игрока - желания играть! Если он лишен такой возможности, то начинаются поиски места, где она появится. Хотя знаете, есть и такие люди, которым комфортно, сидя на лавке.

- В 1993 году в ЦСКА произошла уникальная история - главного тренера клуба Костылева уволили прямо перед финалом Кубка страны, в котором армейцы в итоге уступили по пенальти. Согласны с распространенным мнением, что послематчевая серия одиннадцатиметровых ударов - это лотерея? Или все это наветы журналистов и оправдания игроков?

- Скорее, все-таки лотерея. Самое забавное, что в том розыгрыше мы однажды выиграли серию пенальти, причем в полуфинале. Два полуфинала прошедшего Кубка страны также подтверждают такую мысль. Путь «Алании» вообще уникален - команда дошла до финала, не забив ни одного мяча с игры! Впрочем, в футболе первичен результат, и упрекать кого-то, что победы достигаются таким способом - смысла нет. Никто еще не придумал более совершенной схемы определения победителя. Раньше в ходу была переигровка. Тем не менее, не хочется все сваливать на то, что пенальти - это жребий. Определенный уровень мастерства просто необходим. Впрочем, так мы дойдем до мысли, что все - закономерно (смеется).

- В романтические 60-е некоторые форварды отказывались бить удары с «точки», считая, что подобные упражнения - издевательство над голкипером. Как тренер, вы можете сказать о том, что голкипера можно научить отражать подобные удары?

- Восемьдесят процентов - это удача. Весь расчет идет на игру нервов. Единственная возможность вратаря - воспользоваться шансом, если тот будет предоставлен. С точки зрения физики доказано, что с некоторых дистанций голкипер не способен отразить удар. Поэтому многое зависит от врожденной интуиции. Да и на тренировках удары с пенальти отрабатываются лишь перед особыми кубковыми матчами, когда тренерский штаб понимает, что ставка слишком высока.

ДВА-ТРИ ГОДА НЕ ДАВАЛИ ЗАКОНЧИТЬ КАРЬЕРУ

- В вашей карьере был интересный эпизод, когда вы чуть не стали игроком клуба «Бадахос». Как это могло произойти?

- В этом клубе выступало несколько русских, в частности, два футболиста ранее играли в ЦСКА. Агент словно прочувствовал появляющиеся во мне настроения о том, что необходимо сменить клуб, и предложил съездить на просмотр. В то время там выступал Геннадий Перепаденко - бывший футболист «Спартака». В Испании как раз закончился чемпионат, «Бадахос» проводил лишь контрольные матчи. Я провел три встречи, причем все «на ноль». Получил вроде бы неплохую прессу, но затем все сорвалось. Насколько я понял, это произошло из-за банальной ситуации: клубы не сошлись в цене.

- В дальнейшем желание уехать в Европу пропало?

- Потом уже возможности не было. Интересно было бы пожить и попробовать свои силы в европейском чемпионате. Тем более, Испания - своеобразная страна. Несмотря на то, что «Бадахос» выступал в Сегунде (второй эшелон - авт.), уровень ее организации был не слабее нашего чемпионата.

- Тем не менее, «Бадахос» в вашей жизни заменила «Кубань». Каково было вместо «Велодрома» выходить на поля второй лиги?

- Стоит сказать, что с развалом Союза атмосфера в чемпионате сильно изменилась. Вместо легендарных клубов в элите стали играть, я не хочу никого обидеть, коллективы, чьи названия не были знакомы даже многим игрокам. Уровень первенства значительно упал, а лучшие игроки старались уехать в Европу. В «Кубани» же я оказался на короткий промежуток времени. Пока пробовался в Испании, армейцы нашли себе другого вратаря. Когда я вернулся обратно, Тарханов, будучи главным тренером, прямо мне сказал, что на меня не рассчитывает. Вариантов на горизонте не было никаких. «Кубань» же возглавлял Леонид Назаренко, с которым мы работали несколькими годами ранее. Он и выручил меня в тот момент. Кроме того, «Кубань» ставила задачу выхода в первый дивизион, поэтому в клубе создали неплохие условия для работы. До конца сезона оставалось три месяца, и я решил принять приглашение.

- Но затем вы все-таки сменили Краснодар на Ярославль, где, наконец-то, стали первым вратарем. Впрочем, во многих интервью вы говорили, что от сыгранных сезонов у вас осталось чувство неудовлетворенности. Почему?

- Да, особенно я был недоволен последними годами, хотя три сезона провел практически без замен. Мы вышли в премьер-лигу, и на одной из тренировок я порвал ахилловы сухожилия. На восстановление потратил полтора года. Врачи могли предотвратить подобное развитие событий, но операция прошла не совсем удачно. Команда ушла вперед, а я остался на месте. Когда восстановился, то почувствовал, что не успеваю за коллективом. Вроде бы все вместе выходили в элиту, но за год коллектив вырос. В 1999 году мы вылетали - команда действовала неудачно, а я не получал удовлетворения от своей игры. Начал давать знать о себе и возраст.

- Когда решили, что пора становиться тренером?

- В момент, когда продолжились травмы. Врачи посоветовали вешать бутсы на гвоздь, иначе, говорили, есть шансы стать инвалидом. Александр Побегалов предложил мне попробовать себя в роли тренера вратарей. Тогда эта профессия только появлялась в стране, в «Шиннике» такого человека не было и вовсе до этого момента. Я согласился - мог пойти доигрывать во вторую лигу, но никакого удовольствия от процесса уже не получал. Мысль же о том, чтобы стать тренером, подогревала интерес. Благодаря этому я закончил карьеру достаточно безболезненно. Любопытно, что следующие два-три года мне никак не давали спокойно уйти (смеется). Постоянно случался какой-то форс-мажор, и мне приходилось вспоминать былое. Меня заявляли на игры, а в Кубке премьер-лиги даже провел полный матч против «Зенита».

- Если представить, что подобное случится в «Волге», то готовы будете повторить?

- Сейчас уже нет. Во-первых, подобные шаги слишком серьезны, а во- вторых, кондиции подрастерял, будет стыдно. Тогда я только закончил карьеру и поддерживал форму, тем более нагрузки снизились. Участвуя в тренировках, чувствовал, что сохранил еще определенный резерв, и когда случилась такая ситуация, то даже не сопротивлялся решению тренерского штаба. Вспоминая ту игру, я могу назвать ее удачной. Появился на поле на десятой минуте матча и не пропустил (смеется). Меня даже признали лучшим игроком встречи и презентовали командирские часы. Но, когда выходил на поле, в голове копошились тревожные мысли. Думаю: «Вот сейчас ошибусь, и начнутся разговоры, что это за тренер, который сам ничего поймать не может! Чему он может научить?» Ответственность была намного выше, чем в те годы, когда я играл!

ВРАТАРСКАЯ ЛИНИЯ «ВОЛГИ» СБАЛАНСИРОВАНА

- Став тренером, стали иначе смотреть на игру?

- Конечно! Есть же заповедь: хочешь стать тренером - убей в себе игрока.

- По завершении карьеры ритм вашей жизни изменился?

- Нет, и это только помогло мне! Потому что многие футболисты не могут себя найти в жизни после того, как заканчивают с игрой. У меня же фактически ничего не поменялось: команда, сборы, матчи. Хотя нет - одна вещь поменялась: зарплата стала меньше (смеется).

- Семья не жалуется? Столько лет вас не видели, а вы опять постоянно в разъездах.

- С этим, слава богу, все нормально.

- Как вы оказались в Нижнем Новгороде?

- В этом переезде велика роль опять-таки Александра Михайловича Побегалова. Когда его назначили главным тренером «Волги», то он стал формировать свою команду. Предложил попробовать решить вместе с ним задачу выхода в премьер-лигу. Когда тренеры уходили и приходили, то мои отношения с ними не менялись - они оставались рабочими, ведь каждый специалист в штабе - профессионал и отвечает за свой участок работы.

- Напоследок охарактеризуйте своих подопечных.

- Илью Абаева я знаю давно. Его отец был моим первым тренером в школе «Чертаново». Я всегда следил за карьерой Ильи, и, будучи еще тренером в «Шиннике», хотел пригласить его в Ярославль. Я видел в нем определенный потенциал. Не стоит скрывать, что когда мы начали работать в Нижнем, то у нас был предметный разговор на счет его перехода. Он ответил, что хочет играть в премьер-лиге, куда он давно стремился. Считаю, что в «Анжи» он доказал, что способен надежно играть на подобном уровне. Приглашение Ильи в нашу команду полностью оправдано. Я считаю, что он один из сильнейших вратарей лиги, правда, со своеобразной манерой. Он активно действует в пределах штрафной, стараясь читать игру. Многие обращают внимание на то, как он играет на выходах, не замечая отличную реакцию и ввод мяча в игру. Абаев - вратарь практически без слабых мест.

Если говорить о Виталии Астахове, то на первый план выходит опыт и человеческие качества. В прошлом сезоне он долго находился на вторых ролях, но своим подходом и работоспособностью убедил тренерский штаб в том, что достоин стать первым вратарем.

Миша Кержаков - достаточно молодой и перспективный голкипер, который обладает хорошей школой и уже попробовал себя в элите нашего футбола. В конце года именно он благодаря своей сумасшедшей самоотдаче на тренировках вышел на первые роли.

На мой взгляд, самое главное, что вратарская линия команды достаточно сбалансирована и позволяет решать стоящие перед клубом задачи.

Беседовал Андрей СОРВАЧЕВ

«Футбол-Хоккей. НН» 22 декабря 2011 года

• просмотров: 1466
Оставить первый комментарий
Автор
Сейчас обсуждают